Роберт Фрост Ручей в городе пер. с англ

Дом медлит, хоть ему и не под стать
Манеры улиц города принять,
И номер свой носить. Но как ручей,
Что дом всю жизнь берег, — теперь он чей?

Я вопрошаю, помня ту струю,
На палец глубиной… что мощь свою
Являла в брызгах… как бросал цветы,
Чтоб видеть, как сплетаются в жгуты.

Траву лугов цементом затолкли,
Чтоб в плиты тротуаров проросли;
И яблони пошли в огонь печей.
Но разве так же мертв и сам ручей?

Куда девать бессмертную ту мощь,
Что стала не нужна? В бетон?! Чтоб дождь
И пепел скрыли ключ? Зажат ручей,
Канавы сточной узник палачей…

Во тьме зловонной вынужден бежать —
Наказан он за что? Кто может знать?
Быть может, оттого что не тая,
Туманность старых карт, и, впрочем, я

Лишь помнят, как он воды нес, без воли,
И если жизнь его сродни юдоли,
Не рождены ль им мысли, что порой
Без дел и сна оставят града строй?!

Robert Frost A Brook in the City

The farmhouse lingers, though averse to square
With the new city street it has to wear
A number in. But what about the brook
That held the house as in an elbow-crook?

I ask as one who knew the brook, its strength
And impulse, having dipped a finger length
And made it leap my knuckle, having tossed
A flower to try its currents where they crossed.

The meadow grass could be cemented down
From growing under pavements of a town;
The apple trees be sent to hearth-stone flame.
Is water wood to serve a brook the same?

How else dispose of an immortal force
No longer needed? Staunch it at its source
With cinder loads dumped down? The brook was thrown
Deep in a sewer dungeon under stone

In fetid darkness still to live and run --
And all for nothing it had ever done
Except forget to go in fear perhaps.
No one would know except for ancient maps

That such a brook ran water. But I wonder
If from its being kept forever under,
The thoughts may not have risen that so keep
This new-built city from both work and sleep.