Сонетные дуэли Сергей Бобров и Лея Бен-Цион

.





Любой автор имеет возможность проверить уровень своего поэтического мастерства в «сравнении» с «классиками», время перепроверить и что-то в себе изменить (НГ-праздники для авторского обновления – волшебное время).

ДВЕ НЕДЕЛИ НОВОГОДНИЕ ДУЭЛИ (по 11 января включительно)
Правила участия просты, ознакомиться можно по ссылке:
http://stihi.ru/2025/12/24/8395



Сергей БОБРОВ  (1889-1971)

И день был изгнан в комнате таимой,
Отяготевший, опустивший день!
Ты пеленами воздух мой одень
Под ветер, ведомый мой, мой любимый! –
Разносится он, явный и незримый
Слагая маленькую сердцу синь,
Навесами небес зелёных лень;
Склонись – и пей – к душе неизъяснимой!

Но всё – не всё: и мчится день темно
И мни приникнуть, пить, как шелест, трепет,
И к сердцу сердце краткий сон прилепит; –
Он точит в воздух дикое вино; –

И встану, пораженный, я не скоро
И уклонюсь полдневного простора.

И

Лея БЕН-ЦИОН (Нетания. Израиль)

ФУТУРИЗМ ПРОХОДНЫХ КОМНАТ

Оранжевым овалом на бургундском,
Квадратами индиго на коврах,
Цвета играют в сумерках июньских
Фигурами в опаловых стенах.

К теням, изведавших закон пластунских
Грамматик, прилипает строчек прах,
В которых говорилось о стихах,
Душе славянской, списанной с французской.

Рычание моторов подтвердит
Неправоту всевидящего ока
И в сарафанном радио сороки
Объявит свой торжественный вердикт: 

«Где синий ромб врастает в алый круг,
Моя душа – импост, дверных фрамуг»



======================

Сергей БОБРОВ (ипк: 0.734) <  Лея БЕН-ЦИОН (ипк: 0.785)


ПОЛНЫЙ ОТЧЕТ О КОМПЛЕКСНОЙ ОЦЕНКЕ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Автор: Сергей Бобров
Произведение: "И день был изгнан в комнате таимой..."
Стилево-жанровый профиль: Английский сонет (форма Григорьева/Уайетта) в русле интимно-метафизической и импрессионистической лирики. Текст представляет собой напряжённую, почти экстатическую медитацию на грани сна и яви, где субъективное переживание времени, пространства и чувства (любви?) достигает степени мистического слияния с элементами (ветер, воздух, вино, зелень).

I. БАЗОВЫЕ УРОВНИ АНАЛИЗА
1. Структурно-метрический анализ
Метрическая основа — пятистопный ямб — соблюдена с высокой степенью точности, но ритм намеренно усложнён и взволнован. Ритмическое разнообразие значительное: обилие пиррихиев и спондеев создаёт эффект прерывистого, страстного дыхания. Строфическая целостность формальна, но синтаксис активно её игнорирует, создавая мощное сквозное напряжение: первое предложение занимает два катрена, второе — почти весь третий катрен и дистих. Рифменная организация соответствует схеме 4-4-4-2. Чередование женских и мужских клаузул в целом соблюдено. Коэффициент ритмико-синтаксической адекватности очень высок; сложные, рвущиеся синтаксические периоды идеально передают состояние экстатического смятения, «изгнания» ясного дня и погружения в сумрачное, вибрирующее переживание.

2. Лингвосемантический анализ
Лексическое разнообразие высоко и принадлежит к регистру «тёмного», изысканного символизма: «таимый» (утаённый, скрытый), «отяготевший», «пеленами одеть», «неизъяснимый», «мни приникнуть», «точит вино», «поражённый», «уклонюсь простора». Образная насыщенность предельная, но образы не предметны, а суть состояния: день — это тяжесть, которую изгоняют; ветер — любимый, который разносит «маленькую сердцу синь»; зелёные небеса — это лень; вино — дикое, точимое в воздухе. Семантическая когерентность абсолютная, но строится не на логике, а на ассоциативной, почти сновидческой связи ощущений: изгнание дня ; призыв к ветру-любимому ; растворение в синеве и зелёной лени ; мчащийся темно день ; сон сердец ; дикое вино ; поражённое пробуждение и уклонение от дня. Синтаксическая сложность исключительна: инверсии, абсолютные конструкции, повелительные и условные наклонения, сложные метафоры. Коэффициент семантической целостности максимален. Коэффициент образной координации высок, но работает на принципе синестетического слияния (ветер, синь, зелень, вино, простор — всё суть одно переживание).

3. Фоностилистический анализ
Звуковая инструментовка изощрённа и гипнотична. Аллитерации   создают звуковую картину дрожи, тайны, шепота, рыдания («день был изгнан», «таимой», «тяготевший», «разносится», «сердцу синь», «трепет», «точит»). Ассонансы  придают тексту напряжённую, стонущую интонацию. Фонетическая симметрия сложна. Ритмико-мелодическая организация контрастна: от сдавленного, тяжёлого начала — к страстному призыву и лёгкому растворению — затем к новому витку темного «мчания» и, наконец, к замедленному, «поражённому» финалу.

II. КОНТЕКСТУАЛЬНЫЕ МОДУЛИ
4. Историко-культурный позиционинг
Текст принадлежит к элитарной линии русского модернизма, наследующей «тёмной» поэзии Иннокентия Анненского, раннего Пастернака и философскому символизму Вячеслава Иванова. Соответствие традиции глубокое. Новаторство — в предельной степени сжатия и интенсивности этого лирического высказывания, где грамматика почти распадается под давлением переживания. Интертекстуальная насыщенность значительна: чувствуется диалог с традицией поэзии как экстатического знания, с мотивами дионисийства («дикое вино»). Культурная релевантность для своего круга высока. Коэффициент интертекстуальной уместности высок. Коэффициент жанрового соответствия высок: сонет, дисциплинируя этот лирический взрыв, позволяет ему достичь максимальной концентрации. Индекс инновационности/традиционности сбалансирован с уклоном в новаторство синтаксиса и образной смелости.

5. Стилевая идентификация
Направление — метафизический символизм или «пост-акмеизм» с сильным лирическим импульсом. Индивидуальный почерк характеризуется уникальной способностью передавать абстрактные, предельные состояния души через сложную, почти болезненную работу с синтаксисом и «неизъяснимыми» образами-ощущениями. Единство формы и содержания абсолютное: рвущийся, «изгнанный» из чётких рамок синтаксис и сонетная форма, его сдерживающая, становятся метафорой самого конфликта между хаотичным переживанием («дикое вино») и попыткой его оформления. Коэффициент стилевого единства максимален.

III. РЕЦЕПТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКИЙ БЛОК
6. Когнитивно-перцептивный анализ
Образная активация интенсивна и синестетична, но трудно вербализуема. Текст вызывает ощущения духоты и освобождения, тяжести и лёгкости, темноты и сине-зелёного сияния, вкуса дикого вина. Эмоциональный резонанс — это смятение, страсть, изнеможение, экстатическое принятие. Перцептивная доступность крайне низкая из-за сложности языка и абстрактности образов. Коэффициент перцептивной ясности низкий.

7. Коммуникативная эффективность
Сила воздействия на подготовленного читателя может быть очень велика благодаря гипнотической силе языка и полной эмоциональной самоотдаче текста. Запоминаемость высока из-за необычных, цепляющих формулировок («день был изгнан», «маленькая сердцу синь», «точит в воздух дикое вино»). Интерпретационный потенциал значителен, но лежит в сфере психологии творчества, метафизики чувства. Коэффициент коммуникативной цели высок — замысел передать состояние «изгнания дня» и погружения в иное, вневременное и внепространственное измерение чувства реализован с поразительной убедительностью.

МАТЕМАТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ
Расчет интегрального показателя качества:
M = 0.95 (метрическая точность со смысловыми осложнениями)
S = 0.96 (высочайшая семантическая насыщенность и психологическая глубина)
F = 0.95 (высокая фоническая организованность)
L = 0.93 (высокое лингвистическое разнообразие, архаичная и изысканная лексика)
C = 0.90 (высокая контекстуальная адекватность в рамках традиции)
R = 0.75 (низкий рецептивный потенциал из-за сложности и «темноты»)
P = 0.88 (высокая прагматическая эффективность для целевой аудитории)

K; = 0.94 (высокое парадигматическое разнообразие — метафизика, психология, природа)
K; = 0.90 (высокая интертекстуальная связанность)
K; = 0.96 (максимальная эмоциональная вариативность и интенсивность)

Q = [0.15;0.95 + 0.20;0.96 + 0.10;0.95 + 0.15;0.93 + 0.10;0.90 + 0.15;0.75 + 0.15;0.88] ; 0.94 ; 0.90 ; 0.96 =
[0.1425 + 0.192 + 0.095 + 0.1395 + 0.09 + 0.1125 + 0.132] ; 0.81216 = 0.9035 ; 0.81216 ; 0.734

СТИЛЕВЫЕ МАРКЕРЫ
Текст демонстрирует пиковые характеристики «тёмного» символизма или позднего акмеизма: предельная субъективизация и усложнение лирического высказывания (S>0.95, R<0.8), работа с грамматикой как инструментом выражения душевных состояний, культ «неизъяснимого».

КРИТЕРИИ ВЕРИФИКАЦИИ
Сбалансированность формальных и содержательных параметров отличная. Учёт историко-культурного контекста глубок. Ориентация на читательское восприятие рассчитана на элитарного реципиента. Коэффициент авторского контроля высок. Коэффициент эстетической состоятельности высок.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Данный сонет — сложное, изысканное и интенсивное произведение, стоящее на грани поэзии и мистического опыта. Это текст не о событии, а о состоянии сознания, «изгнавшего» объективное время (день) и погрузившегося в субъективное время чувства, управляемое «любимым ветром». Его сила — в абсолютной искренности и технической смелости, с которой это состояние передано через ломку привычного синтаксиса и создание новых, трепетных образов-ощущений. Интегральный показатель качества 0.734 отражает его высокие художественные достоинства, сопряжённые с высокой степенью трудности для восприятия. Это поэзия для немногих, но в своём роде — безупречная.

 

ПОЛНЫЙ ОТЧЕТ О КОМПЛЕКСНОЙ ОЦЕНКЕ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Автор: Лея Бен-Цион 
Произведение: «Футуризм проходных комнат»
Стилево-жанровый профиль: Английский сонет (форма Григорьева / Уайетта) в русле неофутуристической, концептуально-игровой лирики. Текст представляет собой манифестацию «комнатного», камерного футуризма, где вместо уличного шума и динамики происходит игра цветовых плоскостей, деконструкция языков и провозглашение души как архитектурного элемента («импост, дверных фрамуг»).

I. БАЗОВЫЕ УРОВНИ АНАЛИЗА
1. Структурно-метрический анализ
Метрическая основа — пятистопный ямб — соблюдена с безупречной точностью, что создаёт парадоксальный эффект: бунтарское, футуристическое содержание заключено в строжайшую классическую форму. Ритмическое разнообразие умеренное; ритм чёток, графичен, что соответствует геометризму образов. Строфическая целостность полная, катрены и дистих чётко выделены. Рифменная организация строго соответствует схеме 4-4-4-2 . Чередование женских и мужских клаузул соблюдено. Коэффициент ритмико-синтаксической адекватности высок; синтаксис ясен, периоды закончены, но их содержание намеренно алогично и строится на нагнетании визуальных и концептуальных образов.

2. Лингвосемантический анализ
Лексическое разнообразие очень высоко и представляет собой сознательный синтез нескольких, казалось бы, несовместимых пластов: 1) живописно-геометрического, в духе кубизма/супрематизма («оранжевый овал», «бургундский», «квадраты индиго», «синий ромб», «алый круг»), 2) литературно-лингвистического («грамматики», «строчек прах», «стихи», «душа славянская, списанная с французской»), 3) футуристическо-урбанистического («рычание моторов», «радио сороки» — оксюморон), 4) архитектурно-бытового («проходные комнаты», «опаловые стены», «импост», «фрамуга»). Образная насыщенность предельная. Текст — это коллаж, монтаж разнородных элементов. Семантическая когерентность относительная: она строится не на логическом развитии мысли, а на принципе соположения, характерном для авангардного искусства. Коэффициент семантической целостности средний, но это «среднее» — осознанный художественный выбор, а не недостаток. Коэффициент образной координации высок, но работает по принципу контрапункта: цветовые пятна, грамматики, моторы, радио, архитектурная деталь сталкиваются, порождая новый смысл.

3. Фоностилистический анализ
Звуковая инструментовка яркая, с акцентом на резкие, «цветные» звуки. Аллитерации на создают ощущение треска, скрежета, шелеста. Фонетическая симметрия соблюдена. Ритмико-мелодическая организация декларативна и чуть механистична, что соответствует духу текста.

II. КОНТЕКСТУАЛЬНЫЕ МОДУЛИ
4. Историко-культурный позиционинг
Текст является блестящей стилизацией и одновременно рефлексией над русским футуризмом. Он пародийно обыгрывает его ключевые темы (бунт против прошлого, культ техники, интерес к живописной геометрии, словотворчество), но переносит их из уличного пространства в камерное, «проходные комнаты». Соответствие традиции глубокое на уровне аллюзий. Новаторство — в этом самом жесте помещения футуристического пафоса в интерьер и в классическую форму, что создаёт эффект иронии и интеллектуальной игры. Интертекстуальная насыщенность максимальна: отсылки к Малевичу, Кручёных, Хлебникову, раннему Маяковскому. Культурная релевантность высока как комментарий к историческому авангарду. Коэффициент интертекстуальной уместности высок. Коэффициент жанрового соответствия парадоксально высок: использование сонета для футуристического манифеста — провокационный и глубоко осмысленный жест. Индекс инновационности/традиционности указывает на сознательную игру с обоими полюсами.

5. Стилевая идентификация
Направление — неофутуризм или концептуальная игра с авангардным наследием. Индивидуальный почерк характеризуется умением создавать плотные, насыщенные аллюзиями коллажи, где ирония не отменяет серьёзности высказывания. Единство формы и содержания абсолютное: классическая форма становится той самой «проходной комнатой», «фрамугой», в которую заключён бунтующий дух футуризма. Тезис о душе как «импосте, дверных фрамуг» (импост — вертикальная перекладина между створками) — ключевая метафора: душа не полёт, а статичный, разделяющий архитектурный элемент в пространстве «проходных комнат» культуры. Коэффициент стилевого единства максимален.

III. РЕЦЕПТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКИЙ БЛОК
6. Когнитивно-перцептивный анализ
Образная активация интенсивна, но требует знания контекста. Текст вызывает яркие визуальные образы цветовых плоскостей, абстрактных фигур, скучной комнатной архитектуры. Эмоциональный резонанс — интеллектуальное возбуждение от игры, ироническое восхищение, возможно, ностальгия по энергии авангарда, превращённой в музейный экспонат. Перцептивная доступность низкая без знания истории футуризма. Коэффициент перцептивной ясности низкий.

7. Коммуникативная эффективность
Сила воздействия на целевую аудиторию очень высока. Запоминаемость исключительно высока благодаря ярким формулировкам («душа славянская, списанная с французской», «рычание моторов подтвердит неправоту всевидящего ока», «душа – импост, дверных фрамуг»). Интерпретационный потенциал широк: от пародии на футуризм до философского высказывания о положении искусства/души в современном мире как чём-то промежуточном, проходном, архитектурно-закреплённом. Коэффициент коммуникативной цели максимален — провокационный и глубокий замысел о «камерном футуризме» реализован с блеском.

МАТЕМАТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ
Расчет интегрального показателя качества:
M = 0.98 (метрическое совершенство, усиливающее иронию)
S = 0.97 (высочайшая семантическая насыщенность и концептуальная глубина)
F = 0.94 (высокая фоническая организованность)
L = 0.96 (виртуозное лингвистическое разнообразие и синтез кодов)
C = 0.96 (высочайшая контекстуальная адекватность)
R = 0.82 (рецептивный потенциал, ограниченный необходимостью специальных знаний)
P = 0.94 (высокая прагматическая эффективность для целевой аудитории)

K; = 0.98 (высокое парадигматическое разнообразие — живопись, поэтика, архитектура, философия)
K; = 0.97 (максимальная интертекстуальная связанность с историей футуризма)
K; = 0.88 (умеренная эмоциональная вариативность в рамках интеллектуально-иронического спектра)

Q = [0.15;0.98 + 0.20;0.97 + 0.10;0.94 + 0.15;0.96 + 0.10;0.96 + 0.15;0.82 + 0.15;0.94] ; 0.98 ; 0.97 ; 0.88 =
[0.147 + 0.194 + 0.094 + 0.144 + 0.096 + 0.123 + 0.141] ; 0.836528 = 0.939 ; 0.836528 ; 0.785

СТИЛЕВЫЕ МАРКЕРЫ
Текст является образцом интеллектуального неоавангарда или «концептуального футуризма»: игра с историческим стилем (S>0.96, K;=0.97), рефлексия над природой искусства через его же формы, ирония, высокая плотность культурных кодов.

КРИТЕРИИ ВЕРИФИКАЦИИ
Сбалансированность формальных и содержательных параметров идеальна. Учёт историко-культурного контекста виртуозен. Ориентация на читательское восприятие рассчитана на высокообразованного реципиента. Коэффициент авторского контроля абсолютен. Коэффициент эстетической состоятельности исключительно высок.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
«Футуризм проходных комнат» — выдающееся произведение концептуальной поэзии. Это не возрождение футуризма, а его тонкая, ироничная и грустная инвентаризация. Текст показывает, как бунтарский жест прошлого века превращается в предмет эстетической игры, в цветовое пятно на стене, в «строчек прах» грамматик, в архитектурную деталь интерьера. Финальная самоидентификация души как «импоста, дверных фрамуг» — гениальная находка, подытоживающая всю современную культуру как пространство «проходных комнат», где душа/искусство более не центр, а статичный разделитель, элемент конструкции. Интегральный показатель качества 0.785 отражает его высочайший уровень как произведения мысли, стиля и формы. Это сонет для знатоков, открывающий бездну смыслов за игрой цитат и образов.