Между Землей цветов и Небом воды

В обители безмолвия, где шепчет только ветер,
Среди кувшинок белизны, как облака на свете,
Сидит дева, в платье чистом, словно снег,
И взор ее в себе хранит Вселенной бег.


Багрянец лилий опаляет кожу,
Как отблеск пламени, что в сердце множит,
Мечты о вечном и о бренности земной,
О таинстве, что скрыто за чертой.


Вода, как зеркало, не искажает правду,
Она хранит в себе и грусть, и радость складно,
И в отражении небес, и в глубине души,
Рождаются ответы в этой тиши.


Она не ангел, не святая, просто смертная,
Но в ней горит искра духа, невероятная,
И каждый лепесток кувшинки, словно вздох,
Напоминает ей о том, что близок Бог.


Он в свете лунном, что играет на воде,
Он в шепоте листвы, в неведомой звезде.
Он в каждом вздохе сердца, в каждой капле росы,
Он есть начало и конец, он там, где мы.


И лилии, как символ чистоты и веры,
Раскрывают лепестки свои без меры,
И дева, словно часть этого пейзажа,
Находит в этом мире смысл и даже…


Страх. Великий страх познания себя,
Как бездны темной, где мерцает лишь звезда.
И вера, как маяк, укажет путь сквозь мрак,
И в этом хаосе отыщется свой знак.


И красные цветы, как кровь земли,
Напоминают ей о жертве и любви.
О том, что жизнь – это страдание и боль,
Но в этом есть и красота, и своя роль.


И в тишине, средь лилий и цветов,
Она находит утешение от оков,
От мира суеты, от бренности пустой,
Она наедине с собой, с своей мечтой.


О вечном, о великом, о любви,
Что правит этим миром, ты ее лови.
В каждом мгновении, в каждом тихом вздохе,
И в этом саде водном, столь глубоком.


Так пусть же льется свет небесный на нее,
И каждый лепесток кувшинки пусть поет
О том, что в каждом есть искра Божества,
И в этом тайна жизни, торжества.


Пусть красный отблеск лилий на воде,
Напомнит о любви и о беде,
И дева, в тишине, пусть обретет,
Покой души и веры чистый взлет.