Наследство прожитых лет. Поэма

„Годы учат нас терпению. Чем меньше нам осталось времени, тем лучше мы умеем ждать.“ - Элизабет Тейлор



Лишь прожитые годы учат нас терпению,
Когда всё меньше их осталось на счету.
Не просто так сменяют привидения
Стремлений юных в мудрую мечту.

Дело не в том, что время неуклонно
Струится, растворяясь без следа,
А в том, что драгоценно, безусловно,
Лишь то, что мы теряем навсегда.

Когда мы юны, кажется нам вечность
Раскинулась безбрежно впереди.
И жаждет сердце дерзкую беспечность
Найти во всём, что ждёт на том пути.

Спешим туда, где манит неизвестность,
Теряем шансы, что даны лишь раз.
И мимо пролетаем, словно резвость
Гнедых коней уносит в ранний час.

И только с каждой осенью усталой
Мы учимся, как истину постичь:
Как важно не спешить, хотя бы малость,
Обнять, простить и вечно не скорбить.

Года берут за мудрость эту плату,
За каждый взгляд, за каждый мудрый вздох.
Как мало тех, кто ждёт свою отраду,
Как много тех, кто рушит свой чертог

Нетерпеливостью, что душу ранит,
Что гасит свет возможного огня.
И то, что расцвести могло, увянет,
Лишь тень оставив завтрашнего дня.

А многие не успевают даже
До той поры, где верность — не пустяк,
Где каждый миг становится на страже
От горьких слёз и тягостных утрат.

Ах, если б юность знала, как бесценно
Дыханье мига, что сейчас идёт!
Какая б жизнь могла быть неизменной
В своей красе, в полёте без забот!

Но мы умеем ждать, когда осталось мало,
Когда затихла в сердце суета.
Иллюзий нет, чтоб всё начать сначала,
Лишь тишина, и неба красота.

---

Когда бы мы умели в дни цветенья
Ценить мгновенье, не гонясь за мглой,
Тогда б дождавшись, верили в спасенье,
И обрели бы истинный покой.

Не смог бы счастья вырвать враг жестокий
Из наших рук, из искренних сердец.
Мы б сотворили дел великих, много,
И не тревожились, когда придёт конец.

Но путь иной назначен был от века,
И каждый учит свой урок сполна.
Порой ценою целого столетья
Познает суть, как душа утомлена.

Нам кажется, что счастье там, за гранью,
Где горизонт сливается с мечтой.
И мы спешим к таинственному знанью,
Забыв о том, что рядом, кто с тобой.

А кто с тобой? Лишь трепет тихой ласки,
Прозрачность взгляда, нежность без прикрас.
И это, словно выцветшие сказки,
Пройдут, уйдут, когда умолкнет глас.

Пока мы рвёмся в завтрашнюю небыль,
Сквозь дней текучих зыбкий океан,
Теряем то, что послано нам небам,
Не замечая звёзд, а чтим обман.

Лишь седина, как мудрая ограда,
От суеты нам заслоняет свет.
И тишина становится наградой,
Той самой долгожданной из побед.

Тогда и ждём, без ропота и гнева,
Не требуя ни громких, нистых слов.
Как будто зреет новое посевы
Из прошлых лет, из сбывшихся снов.

И в этом ожидании безмолвном,
В той отрешенной, ласковой дали,
Звучит мотив, исконный, безусловный,
Вселенной пульс, что мы не берегли.

Так пусть же каждый год, что улетает,
Нам дарит не спешащей силы суть.
И сердце, что терпение познает,
Найдёт к великой мудрости свой путь.

---

Мы ищем смыслы в пыльных фолиантах,
В чужих словах и в отблесках витрин,
А смысл сокрыт в невидимых атлантах —
В терпении, что выше всех вершин.

Оно приходит тихо, как прохлада,
Когда жара полуденная спит.
Нам больше суетиться и не надо,
Нам разум тишину хранить велит.

Мы раньше на часы смотрели с дрожью,
Боясь, что стрелка перейдёт черту.
Теперь идём неспешно бездорожьем,
Впиваясь взглядом в мира красоту.

Пусть гаснет день — в его закатном блеске
Видней черты, что скрыл когда-то зной.
И судеб перепутанных подвески
Звенят прозрачной, ясной чистотой.

Уметь дождаться — это дар сакральный,
Не требовать, не звать, не упрекать.
Вставать пред миром в тишине зеркальной
И просто каждым вдохом прирастать

К тому биенью, к ритмам мирозданья,
Где каждый лист и каждый вздох учтён.
Где нет обид, а есть лишь пониманье,
Что каждый миг для вечности рождён.

Мы стали бы добрее и светлее,
Когда бы знали в утренней поре,
Что жизнь — не бег по замкнутой аллее,
А тихий свет в лазурном серебре.

Что каждый встречный — это дар и тайна,
Что каждый взгляд нельзя вернуть назад.
И всё, что кажется, порой случайно, —
Лишь часть узора, скрытого в пассат.

Терпение — не горечь от бессилья,
А воли высшей чистый, ясный плод.
Оно даёт уставшим душам крылья,
Чтоб совершить последний свой полет.

И пусть песок в часах почти на донце,
Нам не страшна слепая пустота.
Чем ближе край, тем ярче светит солнце,
И тем нежней земная доброта.

---

Так замыкается круговорот познанья,
Где каждый вдох — как жертва и алтарь.
Мы сотканы из света и дыханья,
Мы — временем исписанный словарь.

Но в этой книге, выстраданной нами,
Сквозь горечь лет пробился ясный слог.
Мы стали теми самыми богами,
Что могут ждать, ступив за свой порог.

Уже не страшно, что свеча сгорает,
Ведь воск её — лишь пища для огня.
Душа теперь безмолвно созерцает
Величие стремительного дня.

Мы всё простили — юности мятежной,
Ошибкам горьким, суетным друзьям.
И над землёй, таинственной и снежной,
Воздвигли свой нерукотворный храм.

Там нет часов. Там вечность бьётся в стены,
Как пульс морской о древний монолит.
Там всё, что было зыбко и мгновенно,
Теперь бессмертным золотом горит.

Катарсис тихий... Слёзы на ресницах —
Не от тоски, а от избытка сил.
Мы видим жизнь в её бескрайних лицах,
И каждый лик нам дорог стал и мил.

О, как легко теперь коснуться неба,
Когда в ладонях — пепел и цветы.
Мы просим не вина, не хлеба,
А лишь щепотки этой чистоты.

Уметь дождаться — значит стать собою,
Вернуться в дом, где долго не был гость.
И примириться с самою судьбою,
Поняв, что счастье в сердце прижилось.

Свершилось всё. И в тишине финала,
Где горизонт сливается с душой,
Нам целой жизни было слишком мало,
Чтоб обрести единственный покой.

И пусть закат окрасил горы алым,
Мы смотрим вдаль, надежды не тая.
Сбылось. Коснулось. Сердце засияло.
И это — смысл. И в этом — жизнь моя.

02.01.2026