Архив души

Когда умрём, мы «там» не встретим
Ни родственников, ни друзей, ни близких,
Которые уже истлели;
Нас встретят «существа без имени».
И знают эти «существа» о нашей жизни всё буквально,
О прошлом нашем, настоящем, и даже будущем пути.
И могут описать детально,
Как жили мы, куда идти.
Они хранят «архив души» в своих хранилищах подземных,
Попавшим на «тот свет» усопшим они лишь лично говорят,
Не осуждают, не бранят и не относятся надменно,
Людей не отправляют в ад.
Сам человек не вспомнит даже
Того, что было в его жизни,
А «существа» ему расскажут,
Как жил до «той» он самой тризны.
Вся информация о нас
Хранится «там» у них в «архивах»,
И часть её в урочный час
Пошлют как тексты на могилах.
Научных мало подтверждений,
Что «существа» следят за нами.
И возникают тут сомненья:
А истинны ли все их знанья?
Вернадский называл «банк» данных «ноосферой»,
А Бехтерева мозг мёртвых изучила,
Хотя жила в той атмосфере,
Что вывод «под замком» хранила.
Но Зазеркалье существует,
И «существа», что в них живут,
Всю нашу жизнь организуют,
При том невидимыми будут.
В контакт вступить мы с ними можем,
Но только в состоянии «транса»,
Или когда идёт молебен
И медитации сеансы.
Тогда фиксируют приборы
Всплеск электрической активности,
И это очень здорово –
Научны вывод позитивный.
И могут эти «существа»
Помочь вернуться с «того света»,
Но «возвращенцы» (так гласит молва)
Совсем не те, кто был до этого.
Они все в корне изменились,
И те, кто был весьма успешен,
Все цели их и все мотивы
Становятся при том «безгрешными».
Миллиардер, «там» побывавший,
И бывший фирмы учредителем,
И бизнес свой с трудом создавший,
Становится «благотворителем».
«Простой» учитель или врач
Вдруг открывает своё «дело»,
Или талант, чему был предназначен,
Но стать «поэтом» не посмел.
В том Зазеркалье варианты
Альтернативного развития
Хранятся «вечно», словно «гранты»,
И ждут того, кто будет «зрителем».
Приходят «трое» или «семеро»,
Или приходит даже «девять»
«Существ», хранителей «консервов»,
Которым можно просто верить.
Но как же объяснить тогда,
Что Мир устроен так жестоко,
Что ежегодно видим города,
Разрушенные в «мановенье ока»?