Ты говоришь, что в этом мире бренно всё

Ты говоришь, что в этом мире бренно всё.
И утверждаешь: ничего не остаётся.
Тогда куда же эта ночь прольётся,
Когда вернётся свет в полуденном дыму?

Ты говоришь: конечен этот мир,
И этот джаз когда-то замолчит.
Когда-нибудь погаснут все огни,
Ну а пока…
Пускай пока звучит

Живое сердце.
Пусть пылает тактом.
И пусть ласкает души саксофон.
Ты в чёрном платье…
Танец наш не кончится антрактом,
Пока маэстро так в мелодию влюблён…

И ты снимаешь шёлковое платье,
Изгибы бёдер - линии созвездий.
Твой аромат пульсирует в запястьях,
И я шепчу: ты только не исчезни…

Не растворись, не стань остатком тени,
Дотянемся друг к другу, кожа к коже.
До мокрых прядей,
Где мы так хотели
Предельно близко быть в истомной дроже.

Ты говоришь, потухнут эти звёзды,
Огни ночного города утратят красоту.
Возможно, тот, кто души наши создал,
Был одинок в своём большом раю.

Был одинок.
Поэтому так часто
По клавишам судьба играет блюз.
Но я вдыхаю аромат твоих запястий
И твоих губ запоминаю вкус.

Ты говоришь, что всё здесь исчезает,
На небесах погаснут все огни.
И ты ушла, но за тобой остался
Твой лёгкий шлейф безмолвной тишины…