Улики в пустоту

Я расставляю слова, как капканы в заброшенном парке,
Я оставляю следы - грязный почерк на белых листах.
Я - преступник, чьи письма горят, как нательные марки,
С вечной жаждой быть пойманным в этих бесплодных местах.

Это мой «явный метод» — сойти с ума прилюдно и громко,
Рисовать твой портрет на допросах у собственной тьмы.
Моя память - заточка. Струна. Тонкая кромка.
Побег из единственной, самой надежной тюрьмы.

Я подкидываю тебе эти рифмы, как краденый паспорт.
Смотри! Это я! Это я взломал твой покой!
Но город молчит. И мой голос, сорванный, аховый,
Задыхается в смоге над черной, замерзшей Невой.

Я мечтаю о следствии. Очной ставке. Окрике: «Стой!»
Чтобы ты прочитала, узнала, прижала к стене...
Но ты проходишь мимо, занятая своей пустотой,
И я - лишь помеха в твоем безмятежном сне.

Тебе не интересно. Какая, к черту, трагедия?
Ты не ищешь виновных. Тебе не нужен мой плен.
Мои стихи - это просто плохая комедия,
Сырость подвала и запах гниющих колен.

Всё тщетно. Я зря вырезал твое имя на коже,
Зря сдавал подельников - мысли, мечты и сны.
Мы с тобой никогда не будем на что-то похожи,
Кроме этой глухой, бесполезной и мертвой стены.

Я - вор, который украл у себя самого
Право на выход, на свет и на чистый вдох.
Я пишу тебе в вечность, где нет никого.
И мой Бог - это просто твой ледяной выдох.