Хорошим людям для поднятия настроения

Шарик, мыслью терзаемый,
Грустно бродил вдоль дачи:
"Как доказать хозяину
Верность свою собачью?

Может, его облапать?
Грязью всего обляпать?

Косточку дать мозговую?
В будке уснуть по фен-шую?

Звонко полаять немножко?
Или пометить дорожку?"

* * *

Нос Пиноккио!

Разрывал сугробы Грэй
Вырыл четырёх мышей,
Восемь ласок, трёх фазанов,
Восемнадцать партизанов
И медведя одинокого -
Я геройски дал пинок ему!

Нос растёт, как у Пиноккио...

* * *

Ода лоху
серебристому:

Мёд майский манго золотистого,
Арбуза сахарный оскал,
Но слаще лОха серебристого
Я в жизни ягод не едал!

* * *

Грэй как кобелёк резвится!
Впрочем, кобелёк и есть он.
Вихрем мчится он за птицей!
Бег его как песня песней!
(Пёс с ней, с песней!)

Куропаток поднял в небо,
Стаю лебедей - к обеду,
Уйму уток и фазанов,
В лес загнал двух партизанов,
Или даже диверсантов,
Их забросили десантом,
Чтобы сделать людям больно. -
Грэй им это не позволил,
Он их выгнал в чисто поле,
Он догнал их в поле чистом,
Он в капкан загнал фашистов!
Он самим им сделал больно!

И пришёл домой, довольный.

* * *

Прикольные верблюды, чьи шеи - желобА!
Верблюды, как Бермуды - всё прячут вглубь горба.

Верблюд отнюдь не злючка! Но у него внутри
верблюжии колючки лежат как корабли.

Величественен! Трюмы он носит, не живот!
А наши с вами думы соплёй перешибёт!

В нём полные шаланды - ключи - живой воды!
Нам до его таланта - как дюнам до звезды!

"Талант?! Да просто... казус!" - Хохочет праздный люд.
Но знали б мы оазис, когда бы не верблюд?

* * *

Из пруда в центре столицы
утки вышли посушиться
и на солнышке погреться.
Чем питаются? - водицей,
скошенной стернёй душицы
и прохожих добрым сердцем!

* * *

Входя в серпентарии с кобрами,
И там я стараюсь зерно
Посеять - разумное, доброе,
Пусть даже не вечно оно.

Пытаюсь кобр перезагрузкою
Направить к добру: Чехов, Цой...
Какие-то кобры нерусские -
Плюются мне прямо в лицо!

Растрогать их пробую - в личку им
Кидаю (никак не пройму!)
Что девочка мёрзнет со спичками!
Что в омуте тонет Муму!

Кидаю им сахар без орбита,
Кричу им, что волк съел козлят!
Какие-то кобры недобрые -
Ползут, извиваясь, шипят.

И всё же я первому встречному
Поклясться готов на крови,
Что всё наше доброе - вечное.
Разумное, чистосердечное
Признанье вселенной
в любви!

* * *

Как забавно плыл утёнок -
Лапками перебирал,
Точно язычком котёнок
Молочко лакал!

* * *

Так мелькали ласты быстро
Над водой и под,
Что, казалось, вспыхнут искры
На глазах - вот-вот!

* * *

В Москве зимою не увидишь небо.
Под бесконечной пеленой ненастья
Не различишь - каким бы зореим не был -
Звезду свою пленительного счастья.

Но было чудо явлено, ни разу
Не пойманное ни одним айфоном, -
Мне было небо явлено в алмазах:
В горячем блеске на холодном фоне

встал Орион торжественно на юге!
И пала пелена забот и бедствий.
Как будто снова я увидел друга,
которого считал умершим в детстве

* * *

Прогулочное

Проснулось море и зашелестело.
Идёт война. Безмолвствует народ.
Грэй занимается своим привычным делом -
Всё где сидят фазаны узнаёт.

Кричат, гоняя птиц, точно тарзаны,
охотники - холщёвые штаны.
Мы им не скажем, где сидят фазаны!
И где дрожат от страха кабаны.

* * *

В чистом поле подошёл ко мне бычок
С умным видом, но отнюдь не дурачок.
Я подумал: подошёл он к человеку,
верно спросит:"Как пройти в библиотеку?"

Вновь читаю я во взгляде братьев младших:
"Перестаньте убивать планету нашу!
Относитесь (не мочите жизнь в сортире)
с уваженьем ко всему живому в мире!

Но увидев вновь, как ради денег, тупо
Мы сдираем шкуру с собственного трупа.
Вию войн и злобы поднимая веки,

...Звери, кажется, умней, чем человеки.

* * *

Там море, золотой венок
швырнув на ложе скал, лакало
из тёмной глубины бокала
заката алое вино.

* * *

Чем дышит одуванчик? Летним ветром?
Мёдом пространства, сказочным на вид?
И верой в то, что богом-геометром   
воск времени спасёт и сохранит

руно от новолуний золотое -
трав горностаевых серебряный отлив?
Пчелиный рай - от звона сухостоя
до колокольчиков земных молитв...

И наш удел - молиться неумело
в темнице тела, каясь тяжело.
И верить, что душа покинет тело,
как одуванчик, вставший на крыло.

* * *

День Грэя

С утра сегодня подорвался,
Как поезд партизанами:
За зайцами двумя гонялся
И четырьмя фазанами.

* * *

Веткой,
как лапкой
продрогшая кошка,
осень тихонько
царапнет окошко.

Как на тарелочке оладушки,
Два озера лежали рядышком.

Одно из них красивое,
Зелёное и синее.

Другое - обалденные,
Всё розовое, пенное!

И на закате кажется,
Что всё само уляжется.
Само собой увяжется!
Само собой пройдёт.
Всё малостью покажется,
Всё вздорным сном окажется!
Само собой откажется
безмолвствовать народ!
Всё сразу устаканется!
Обратно переставится,
И сразу перестанется
Всё задом наперёд!
Очковой тихо коброю
Сожмётся зло увечное
И в бездну бесконечную
Зловонно уползёт.
И снова станет доброе,
Разумное и вечное,
Смеясь, как детство млечное,
Улыбкой ширить рот!:)))

* * *

По весне, в распутицу,
Белый пароход –
"Пушкин" - серой утицей,
Гоголем! – плывет.

* * *
...утка плывёт, останавливая мгновенье;
в лунном сиянии, под лепестками волны
тихо скользит в зазеркалье её отраженье,
падают листья бесшумно, а мы влюблены...

Мой верный Грэй, фазаном увлечённый,
летит и мнёт ковыль, почуяв след,
мчит степью, автобаном расчленённой
(а не гуляй по полю, - сядь и едь!)

Чума на оба ваша автобана!
А Грэй фазаний след учуял вновь!
Сегодня четверых поднял фазанов
и двух огромных чёрных кабанов!

А я смотрел на них, заворожённый
их грацией, напуганный слегка,
держа в руках и страх определённый,
и рвущегося Грэя с поводка!

...В лепёшке Грэй купается коровьей!
Не бойтесь, птицы, звери, мы - друзья.
Мы лишь гуляем с Грэем - на здоровье!
Мы не убийцы. Нет у нас ружья.

...кричат, гоняя птиц, точно тарзаны,
охотники - посланцы сатаны.
Мы им не скажем, где сидят фазаны!
И где дрожат от страха кабаны.

* * *

Капелька грусти

Невзрачная утица в серо-зелёной хламиде
ныряла на дно полыньи в неприкаянном виде.
Осталась (на свете печальнее нету ремейка)
покрытая зеленью в проруби серая шейка.

* * *

Смотришь, прищурясь хитро:
Бизнес - товар, бизнес - деньги!
Что, мол, упавший в метро
Бомж, коль я лондонский денди!

Деньги идут напролом!
Добрый же - малый не смелый.

...хочешь поверить в добро -
Просто начни его делать.

* * *

Живи позитивно, как бабочка! Точка.
Ведь сколько в сортире её ни мочили б,
Она и в говне будет видеть цветочки
И нюхать говно, как цветочки в горшочке!

* * *

Да, всё-таки жизнь убивает.
С годами она убывает.
Со временем станет несносной,
хрустящей суставами, косной.
Но ты эту боль с ломотою
попробуй лечить добротою,
услышав, как бьётся сердечко
в плотвичке, что плещется в речке,
в кузнечике, в каждой травинке,
в улыбке ребёнка, в слезинке,
откроется, пусть на мгновенье,
вся горечь, вся радость вселенной,
где мудрость есть лучшее средство
для старчества,
впавшего в детство.