Коррида

Кровь, бык, страсть, арена.
Мест нет и нет перемены.
Два часа да ещё с половиной.
Кто там в партере? Неужто мужчины?!

Красивые ткани, наряд-маскарад.
Этому празднику каждый здесь рад.
К честному бою натянуты нервы.
Смертельная схватка, кто из них первый?

Нет, матадор пока что в тени.
Квадрилья его на нелёгком пути.
Танец. Красиво. Скользя в capote
Бык словно идол на древнем холсте.

Бег очень лёгок. Он полон сил.
Нет ощущенья дыханья могил.
Публика. Пиво. Бинокль. Предвкушенье.
Камеры для остановки мгновенья.

Горн. На коне и с копьём пикадор.
В латы закованы конь и синьор.
Смелая вылазка в круп у быка.
Паника, выигрыш наверняка!

Что это? Промах, чудо, броня?
Эти рога ли не смерть для коня?
Сцепка - и бык как заложник капкана.
В шее копьё пикадора-тирана.

Снова попытка, и снова защита,
Словно досками та лошадь обшита.
Пара ударов по шее копьём
Силу сбивая, и кровь как ручьём…

Бандерильеро к центру бегом.
С острыми пиками он как с огнём.
Флаги испанские всюду вокруг.
В фокусе бык и движения рук.

Стройный красавец в момент на носки.
Две бандерильи вверху как клыки.
Точный момент подобрав для удара,
Флагов со сталью в спине ровно пара.

Вдох. Бандерилья шестая близка.
Красные реки на теле быка.
Он окончательно разгорячён,
Бандерильеро стремглав в кальехон!

Один на арене. Чёрная мощь.
Как это, боль и себя превозмочь?
Всё ли для терции третьей готово?
Чувство, что всё это средневеково.

Горн. Тишина, без ума стадион.
Medias, Montera, Muleta и он!
Бык, истекающий кровью, как вздор.
Вот он, любимец толпы - матадор!

Грация. В каждом движеньи искусство.
К сердцу рога - это сильное чувство!
Резок от боли короткий забег.
Взмах головы, на земле человек.

Времени нет на топот копыт.
Праведный бой давно позабыт.
В ту же секунду рябь capote,
И эта квадрилья на сцене уже.

Снова флажки и снова копьё.
Шея, бока - уже всё равно.
Где матадор? У судьи, он в порядке,
Только в пыли разноцветные тряпки.

Красная ткань, белый платок.
Эмоций из ада бурный поток.
Он жив, ещё жив, пощада близка.
Мой крик словно шёпот в защиту быка.

Шпага. Молчание. Резкий удар.
Выживший бык как божественный дар.
Гул, издёвки и прихоть толпы.
На сострадание массы скупы.

И снова эсток в бычьей груди.
Это убийство, как ни крути!
Пятеро, шестеро на одного.
С третьего раза прицельно его…

Тысячу раз мой бык молодец,
Но только один предначертан конец,
Ни Богом, ни дьяволом и не судьбой,
А чьей-то запачканной кровью рукой.

Шансов и нет на праведный бой,
Лишь для немногих бык здесь герой.
Редкие слёзы, шесть чёрных туш.
Небо закатное - рай бычьих душ…