предновогоднее посвящение АБ

Андрею Борейко
Всё движется вокруг себя:  сомненья, памяти, планеты,
за годом год, день ото дня, без палочки для эстафеты,
лошадке вырваться за круг мираж не позволяет, Китеж,
и голенастенький паук плетёт себе сансару, видишь?
Круговорот. Водоворот. Командировка Алигьери.
Кассир всё тот - Искариот, нашёл себя и в новой эре.
Обол за выход, рупь за вход, Отверженным - по контромарке.
Их точно пустят в обиход на стейк из плоти без прожарки.
Услышит каждого господь и обязательно догонит,
чтобы распятье приколоть на память и без церемоний.
Кто был любим и кто любил - в подарок пение из нефа.
И блюдо дня для всех - peace deal - рекомендация от шефа.
Предновогодняя тоска еще тошнее, чем похмелье,
А ниже правого соска - рубец от входа в подземелье.
Что делать? Видимо стоять, не на окружности, но в круге,
и волновать руками гладь и гнать икру чета белуге.
Услышать музыку во сне, какой гордиться мог бы Моцарт,
скакать на огненном коне в полях, где не восходит солнце.
Устав Освенцима в тетрадь вписать готически на идиш,
и от себя к себе бежать, перемежая старт и финиш.