Как с нашем мире мало света
Стрельчатых роз из резки дров,
Колонн с размеров до Аврея,
Епископа для грешников и слез.
Мы не следим за судьбами и болью,
Мы проходимцы — без вины в глазах,
И с странной мне какой-то болью
Все пьесы Чехова в ночи молчат.
Как звук струн, что лопнула без цели,
Как поколения покорные рабы,
Мы погибаем, не срываясь с цепи,
Странники последнего пути.
Мы забываем слово и безумство,
Но ненависть храним мы в легком, вскользь,
И, пренебрегая красотой искусства,
Законам почитания подчиняем ложь.
Кто мы? Предсмертный прах иль семя,
Что зарождению даст бессмертные плоды?
Не там ли Ева виднелась с Одиссеем,
Иль спутали все карты за столбы?
Стирают память воинов и падших,
Совсем другие имена уж на стекле.
Безумно больно и безумно страшно:
Что станет с несогласием вовне?
Кто мы, судьбу что судим строго?
Не мы ли на мели отплачиваем словом?
Не мы ли падаем в ногах на суд безлюдный
И просим о молении Иуды иль безумия?
Я не о всех. Святым мольбы не нужны,
Они и так нашли духовный путь.
Схватились за звездный храм Дианы
Иль за легенду о Ромуле и Реме? И в наземный мир их больше не вернуть.
Где ты, о время, что богами сочтено?
Где сон, что представляла я часами?
Теперь нам жизнь… уж все предрешено,
Коль не дойдет огонь и с голосами.
О ты, безумство ревностных стихов,
Не ты ли сгубишь душу у Орфея?
Не ты ли сгинешь в море и без слов,
Как бред бывалый, но бесцельный?
#;;;;;
Свидетельство о публикации №125123107725