Тарас Старов

           1

Брега златой в лучах деревни,
Ласкала телом рек вода.
В платке игристом пляшет девка,
Да так красиво, без труда.

В селенье этом танцы в моде,
Под трель баяна на дворах.
Отдаться воле на свободе,
Душе широкой дав размах.

И все друг друга там уж знали,
В лицо и даже по годам.
Делились девки тайно снами
В луне седой, где дремлет храм.

Деды из люльки дым пускали,
На лавке сидя у избы,
Густыми хвастая усами,
В тени курчавых, в зной, рябин.

Солдатским строем ходят гуси,
Расправив крылья на жаре.
Бежали псы, боясь укусов,
В шутливой уличной игре.

           2

Кряхтел, взбираясь тихо в гору,
Коняга, вёзший сена воз.
Его открылся ясну взору
Парящий в небе красный дрозд.

Берёзок листья нежит ветер
В лугах, где едет наш герой.
В повозке лёжа, власом светел,
На глаз один он был косой.

Так той повозкой дряхлой правил,
Казак лихой Тарас Старов.
Характер был, конечно, рьяный,
С лихвой достался от дедов.

Младой в годах, ретивый хлопец,
Кулак, конечно, был здоров.
Не в счастье был он ими шлёпать,
Покров был гладкий, без усов.

Ему уж было лет так тридцать,
А может, даже тридцать два.
Любил всегда он в скобку стричься,
Прямую речь ценил в словах.

           3

Тарас поставил воз у хаты,
Вошёл, снимая с плеч жупан,
Оправив лоб он свой чубатый,
Сказал, какой кругом обман.

Уж если мы не чтим природу,
Как Бога можем мы любить?
Тогда всё это фарс народа,
Под маской той сидит бандит.

Горилки чарку жахнул махом
И салом с хлебом закусил.
«Плохой с тебя, однако, знахарь,
Душою если ты не мил».

«Философ из меня не очень,
Но слово вымолвить не прочь.
В своих устоях встал я мощно,
А коль не так, всадите нож».

Усталость тянет на перину,
С крыльца отправился Тарас,
Лизал прохладой ветер гриву,
Прилёг вздремнуть он в сене час.

          4

Ласкало солнце ей ланиты,
Слегка касаясь бронзой губ.
Нагая ягодка Лолита —
Цветок медовый на лугу.

Девица, что любима хлопцу
Тарасу, именно она.
Глазами бы ему не хлопать,
Жениться? Будет ли верна?

Щекочут пышны груди волны
Девицы сладкой на заре.
Вкусить её хочу по полной,
Мечтал Тарас наш на бугре.

Ему рукой махнула Лола,
И сердце пламенем искрит.
В груди любви уж чувства полны,
В глазах, когда блеснул нефрит.

Голубкой белой скрылась в небо,
Пером лизнув волну волос.
Курчавясь, в реку клонит верба,
«Как глуп», — шептали листья роз.

          5

Ослаб совсем глухой коняга,
Приник он грудью на траву,
К закату солнца сгинул прахом
В глазах Тараса наяву.

Его Тарасу в дар вручали,
Когда работал на колхоз.
Они в полях уж вместе спали
Под звон стрекочущих стрекоз.

Решил он сдать коня на мясо
И в тот же самый ведь колхоз.
Монет вручили целу рясу,
А как же совесть, вот вопрос?

Других судить мы все шаманы,
К себе в глаза взглянуть не прочь?
В речах язык совсем туманен,
Суровы нравы блещут в ночь.

Таков уж был тогдашний хлопец —
Казак лихой — Тарас Старов,
Любил галушки очень лопать,
И не носил совсем усов.