Третий

Среди  нас, друзей был третий,
Между Алексеем Бехтеевым и мной,
Мир складывался Троицей полно,
С Третьяковым Юрой, но не "святой".

На дачах, где мы тогда основались,
Как водилось в те годы на ПМЖ,
Я держал "конька" безработного,
Алексей "гнома", Юрий - коня живого.

Было это с нами в Сибирской среде,
Старого мерина знали тут все,
Без седла с детьми на прогонах,
Верховой ездой привлекал он многих.

В морозы сильные по снегу,
Занятием с детской забавой,
Веселым развлечением для многих,
Коня согревали общим прогоном.

Эдик - охотник, Юрием ставший,
Ранее промыслом на зверя ходил,
Сейчас на коне сбором камеди,
По окресностям в "тайне" бродил.

"Байка" за ним водилась в народе,
В подлоге замечен на промыслах,
По тайге "топор" за ним следовал,
Тенью по пятам гоном.

Он сравнялся в доходах с нами,
Глубоким загулом уходил в запой,
Падал в сердцах обращеньем к жене,
"Христом Богом.. подай на пропой".

Мне памятно режется время "То'е',
Делами девяностых годов в разлом,
Третьякова Эдуарда сделало Юрием,
Нищим при деньгах, горбленой рукой.

21.12.25