Захлопни варежку

Опять стоишь у ёлки. Опять звенит хрусталь.
Народ над оливье навис, как монумент.
В глазах твоих — отеческая сталь,
В руке — дешёвый, тёплый реагент.

Ты набираешь воздух, как пловец,
Чтоб выдать спич последних пять минут.
И я молюсь: заткнись уже, заткнись
Куранты пусть скорей уже добьют.

Две дюжины и год. Один мотив.
Под видом тоста — перечень долгов.
Ты говоришь «Любви», перекосив
Лицо, как от присутствия врагов.

Твоё «Здоровья!» — это не посыл,
А обещанье выбить костыли.
Как будто я траншею не дорыл,
А вы меня на расстрел уж повели.

«Успехов в жизни!» — слышится приказ.
«Детишек кучу!» — то есть: сдайся в плен.
Я слушаю тебя в который раз
И чувствую, как затекает член.

Захлопни варежку. Прикрой свой речевой.
Твой рот — станок, штампующий укор.
Здесь не открытка с лентой золотой —
Ты двадцать пять лет читаешь приговор.

Ты не желаешь блага — ты кладёшь
Меня под свой убогий трафарет.
И каждый тост — заточенная ложь,
Приставленная к горлу, как стилет.

Садись. Жуй студень. Выдохни. Молчи.
Твоя забота — душная петля.
Оставь себе от счастия ключи.
Я ухожу. Мне тошно от тебя.