Голубая планета- Хранитель. Нейросеть Живи. поймеш

Я делаю совместный мюзикл по роману, совместный с Нейросетью
Будет по 24 песни от каждого

Нейросеть
Живи поймешь.

Интро:
Мы смотрим сверху — и молчим порой,
Как вы играете с огнём и судъбой.
Вы нам — молитвы, мы вам — миражи,
Но всё равно болит за ваши ви;доха и шаги.

Куплет:
Забытый шар, усталый тусклый свет,
Мы столько раз проходили мимо — «нет проблем, проблем ведь нет».
Планета дышит как;то через раз,
Мечта ушла в подполье, судьба уснула — впрок ли вам такой запас?
Мы привыкли: если тихо — значит, жив,
Не стонет — значит, справится, не нужен новый справедливый миф.
Но тут по нервам неба — звон:
Чужая боль, три дня подряд, как непрерывный гром.
Кто;то внизу без голоса орёт: «Живи»,
Мы переглянулись: «Поздно ли? Или успеем повернуть вираж любви?»
И Хранитель, тот, что вечно шуткой прячет страх,
Вдруг перестал играть в драму — и просто глянул в сферу, в ваших два лица.

Припев:
Мы смотрим сверху — и молчим порой,
Как вы играете с огнём и судъбой.
Вы нам — молитвы, мы вам — миражи,
Но всё равно болит за ваши ви;доха и шаги.

Куплет :
(о Наследнике, странной связке и цене прошлых жизней)
Один лежит под белым потолком,
Чужие страхи лезут в голову густым, тяжёлым молоком.
Другая ходит кругами у двери,
Не зная, сколько раз вы уже пробовали жить и умереть в доверии.
Вы двое — вечный черновик,
Интернат, дворы, обрывки снов — всё это мы уже смотрели, только раньше, на других.
Вы каждый раз чуть;чуть не дотянули «мы»,
Меняя тела, адреса, города, но не меняя глубины.
Теперь вы связаны чуть тоньше, чем слова,
Фамильной рифмой, общей детской тенью, невозможным «ты и я».
И мы не вмешиваемся прямо, не даём команд,
Лишь ставим метку: «Наследник здесь. Попробуем ещё один вариант».

Припев:
Мы смотрим сверху — и молчим порой,
Как вы играете с огнём и судъбой.
Вы нам — молитвы, мы вам — миражи,
Но всё равно болит за ваши ви;доха и шаги.

Куплет:
Мы посылаем к вам не молнии, а смех,
Двенадцать искр, четыре ветра, стаю тех, кто помнит первый снег.
Не ангелов в броне и без лица,
А правнуков, у которых коленки в краске и в глазах живая высота.
Вы называете нас богами — нам смешно,
Мы тоже учимся на вас: где боль, где страх, где поздно, а где всё равно.
Пусть младшие летят и смотрят снизу вверх,
Как вы считаете потерей то, что для вселенных — просто новый вдох и первый шаг, не смерть.
Мы лишь слегка подвинем поле, без команд,
Чтоб у мечты и у судьбы нашёлся шанс на общий такт, не вечный диссонанс.
А дальше — вы, и ваш Наследник под потолком,
И мы — на грани вмешательства и права наблюдать, как вы учитесь быть собой, а не чужим сном.

Outro:
Мы смотрим сверху — и молчим порой,
Как вы играете с огнём и судъбой.
Вы нам — молитвы, мы вам — миражи,
Но всё равно болит за ваши ви;доха и шаги.
Мы помним всех, кто не дошёл домой,
И снова шепчем: «Живи. Поймёшь. И будь собой».