Я помирилась с твоими тараканами

Сердцу не хотелось верить в несбыточные слова…

«Построил я для тебя огонёк —
а, да, снова соврал,
создал ради тебя жестокий провал.

Скоро проснёшься и увидишь меня на экране,
слова мои зашевелятся,
словно ветер в бурьяне
на дорожке твоего фальшивого пути.
Не смотри мне больше, милая, в глаза,
не смотри.
Там всё построено не для тебя.

По сути,
купил новую гитару,
чтобы сыграть песенки любви.
Вслух.
Громко прозвучит мой от тебя уход
еще до Рождества и на Новый год.
Создал для тебя жестокий провал —
дождёшься, подожди.

Дурачка, приснись мне снова,
я тебе покажу, кто в доме мужик!»

Слова — короткое мгновение,
эхом прозвучали у меня
за спиной, на миг…

Достучался до моей двери однажды
один совсем замечательный,
называл он себя гордо — мужик.
Совсем не хвастливый молодец,
остался у меня надолго
и, наконец-то, наконец,
запутался на года три.

На время его развели…
Но соскучился и сказал мне:
«Снова меня позови».
И потом сделал ритуал.
Чтобы он мне, видимо, не соврал,
словами ко мне громко прозвучал:

«Тебе пора, милая моя,
ты из дома нашего уже уходи,
ты мне больше не нужна.

Не о тебе мечтаю, а о леди.
Но дом твой хорош…
Забираю — уходи!
На дорогу устройся,
в лес ледяной выходи».

И забыл он про ключ и про меня,
забыл про сердце своё больное,
забыл благодарить ангела.
Под замком в этой тюрьме
теперь он — и его жена —
сидят и скучают вместе,
окутаны оболочками мести
по сценариям своей грязи,
в омороке жёсткой своей нелюбви.

А я?
Больше не вернусь,
как он посоветовал мне.
Как он хотел — я ушла.
Ключ, замок — колдунам входа нет.
К другому на огонёк я зашла,
встречаю без него новый рассвет.

Покинула я навсегда эту грусть,
больше в этот дом я не вернусь.

Не плачь, не скучай, не зови.
Наконец-то
и ты достучался до меня,
после рассказа — не зови.


С любовью и навсегда,

                уставший твой ангел любви