Горшочек Правды

Марк сидел перед монитором, бесцельно листая ленту соцсетей. Каждый пост был напоминанием: у кого-то жизнь ярче, успешнее, целостнее. «Петушок рано встаёт, дружок поздно ложится», — пронеслось в голове обрывком бабушкиной присказки из детства. Бабушка знала кучу таких странных поговорок. «Старая ослица бычит небылицы». Марк сгорбился. Он и был той ослицей, рассказывающей себе небылицы о том, что у него всё хорошо.

Недовольство собой было его постоянным спутником. Оно поселилось в груди тяжёлым, тёплым и неудобным камнем. Низкая самооценка — вот диагноз, который он сам себе поставил после прочтения тонны статей. Сравнение с бывшими одноклассниками, которые уже руководили отделами. Недостижение целей: язык так и не выучил, роман так и не написал. Работа в крошечном архиве муниципалитета, где он был смотрителем пыльных папок, а не историком, как мечтал. Отношения? Какие отношения. «Любит? Не любит?» — эта детская гадалка на ромашке вызывала теперь только горькую усмешку.

Он вышел на балкон, чтобы проветрить голову. В ящике с землёй для рассады что-то блеснуло. Марк порылся пальцами и вытащил странный предмет — маленький глиняный горшочек, точь-в-точь как из сказки. Рядом лежала заветренная книжка с вырванными страницами — явно из бабушкиного наследства. На уцелевшей странице детской рукой было выведено: «Горшочек вари! Скажи, что гложет, и он правду сварить поможет. Но берегись — правда крепка, не всякому по зубам».

«Бред», — подумал Марк, но пальцы сами потянулись к горшочку. От скуки, от отчаяния, от желания хоть какого-то чуда в этой унылой реальности он поставил горшочек на стол.

«Горшочек, — неуверенно начал он, — что со мной не так? Почему я недоволен собой?»

Горшочек дрогнул. В нём что-то зашуршало, закипело без огня, и из него повалил густой дым, который сложился в слова, висящие в воздухе:

ТЫ СРАВНИВАЕШЬ СВОЮ ЗАКУЛИСНУЮ С ЧУЖИМ ШОУ. ТЫ МЕРИШЬ СВОЮ НЕЗАВЕРШЁННОСТЬ ИХ ГЛАДКИМИ ОБЛОЖКАМИ. ПЕРЕСТАНЬ ГЛЯДЕТЬ НА ВОСТОК — ТВОЁ СОЛНЦЕ ВЗОЙДЁТ ЗДЕСЬ.

Марк отшатнулся. Голос у дыма был бабушкин, спокойный и твёрдый. Он сглотнул. «И что мне делать?»

ДЕЛАТЬ. МАЛЕНЬКОЕ. НЕ ДЛЯ ГАЛОЧКИ. ДЛЯ СЕБЯ. НАЧНИ С ТОГО, ЧТО ОТОРВЁШЬ ЛЕПЕСТОК СВОЕГО СТРАХА И ПУСТИШЬ ЕГО ПО ВЕТРУ.

Марк засмеялся, нервно. Он взял со стола засушенную ромашку из старого гербария. «Оторву лепесток… Пусть летит на Восток… Смогу ли я завтра пойти на курсы архивного дела?» Лепесток полетел. «Смогу».

Он пошёл. Это был крошечный, никому не заметный шаг. Но горшочек, когда он вернулся, прошипел: «ПЕРВАЯ ПРАВДА СВАРЕНА. ВКУС НЕСЛАДОК, НО ЧЕСТЕН».

Марк начал вести дневник. Не дневник успеха, а дневник правды. Где честно писал, что чувствует. Где перестал врать себе, что «всё нормально». Он выписывал туда свои «небылицы» — истории, которые рассказывал себе, чтобы оправдать бездействие. «Старая ослица бычит небылицы». Теперь он их ловил и разбирал по косточкам.

Он снова подошёл к горшочку. «Почему я боюсь отношений?»

Дым ответил: «ТЫ БОИШЬСЯ, ЧТО ОТОРВЁШЬ ЛЕПЕСТОК „ЛЮБИТ“, А ОНА СКАЖЕТ „НЕ ЛЮБИТ“. И ОТПРАВИТ К СЕРДЦУ ИЛИ К МОРЮ? НА БЕРЕГУ ДЕДОК НЕВОД ЗАКИНУЛ. ЛОВИ МГНОВЕНИЯ, А НЕ ГАРАНТИИ».

На следующей неделе Марк пригласил на кофе соседку по лестничной клетке, с которой год здоровался кивком. Она сказала «да». Кофе был неловким, но живым.

Горшочек варил правду всё круче. Порой Марку хотелось захлопнуть крышку — так было больно. Правда о том, что он сам саботировал карьеру, боясь ответственности. Правда о зависти к другу. Но с каждой «варкой» камень недовольства становился легче. Он не исчезал, но превращался в точильный камень, на котором Марк оттачивал себя, а не в гирю, тянущую ко дну.

Однажды вечером, после особенно трудного разговора с начальником о повышении, Марк в отчаянии прошептал: «Я никогда не буду счастлив».

Горшочек долго молчал, а потом выдал тихую струйку дыма: «СЧАСТЬЕ — НЕ КОНЕЧНАЯ СТАНЦИЯ. ЭТО СПОСОБ ПУТЕШЕСТВИЯ. ТЫ УЖЕ В ПУТИ. ТЫ СМОТРИШЬ НА СЕБЯ ЧЕСТНО. ЭТО И ЕСТЬ ПЕРВАЯ И САМАЯ ВАЖНАЯ ЛЮБОВЬ — К СЕРДЦУ ПРИЖМЁТ, НЕ К МОРЮ ПОШЛЁТ».

Марк закрыл глаза. Впервые за долгие годы он не чувствовал фальши. Да, он был несовершенен. Да, многое предстояло. Но он больше не был врагом самому себе. Он был исследователем своей жизни, иногда неумелым, но искренним.

Он подошёл к балкону, чтобы убрать горшочек обратно в землю. Но на его месте лежал лишь обычный камень, гладкий и тёплый от солнца. А в ящике с землёй, рядом с будущей рассадой, пробивался первый зелёный росток.

Марк улыбнулся. Он не знал, было ли это волшебством, или долгой работой его подсознания, наконец услышавшего себя. Это не имело значения. «Горшочек сварил свою последнюю правду, — подумал он. — А теперь варить буду я».

Он взял тетрадь и вывел на чистой странице: «Глава 1. Низкая самооценка и недовольство собой: как я перестал бороться с тенью и начал разжигать свой собственный огонь».

А за окном, над крышами, занимался новый день. И Марк, «петушок», был готов встретить его по-настоящему.