Русско-Японская война 1904-1905

Часть I. Крейсер «Варяг». 

Давно предвидел Ломоносов –
Задастся Русь таким вопросом:
Богатств всем будет не хватать,
А где богатства эти взять?

И предсказал великий гений
В итоге долгих рассуждений,
Что в будущем Россия-мать
Сибирью будет прирастать.

И вскоре так оно и стало,
Но царь сказал:  «А что так мало?
Дальневосточные просторы –
Поля, тайга там, реки, горы.

Красоты – глаз не отвести,
Туда нам надобно пойти.
Там выход в Тихий океан,
Принадлежать должно все нам».

Царь Николай был раньше там,
Он в юности по тем местам
Попутешествовал и знал,
Куда войска он посылал.

Но задан был один вопрос:
«А земли чьи там, есть ли спрос?»
 И царь суровый сделал вид:
«Китаю все принадлежит.

Китай сегодня очень слаб,
Ну, подкупить его, хотя б.
Маньчжурию и Порт-Артур
Они нам сразу отдадут.

Коль не успеем мы туда,
Японцы вторгнутся тогда.
Свой установят беспредел,
А нас оставят не у дел».

Министр Плеве: «Нам нужна
Победоносная война.
Хочу об этом я сказать,
Чтоб силу нашу показать».

Царя министры поддержали
И на Восток войска послали.
Одни пошли туда пешком,
Другие пО морю кругом.

На карту стоило взглянуть –
Совсем не близок был их путь.
Но обещали им потом –
Богатства все пойдут в их дом.

И вот уже их цель близка,
Но там японские войска.
Они сошлись в бою и вот
Бой за Маньчжурию идет.

Но переменным был успех,
Ведь сил хватало не у всех.
Японцев дом недалеко
И помощь к ним идет легко.

А россиянам на восток,
Как видите, был путь далек.
И ни оружия, ни сил.
И лишь растет число могил.

А в это время в Чемульпо,
В порту корейском русский флот,
Подняв над мачтами штандарт,
Отчалил, бой японцам дать.

И пусть всего два корабля –
«Кореец» с крейсером «Варяг».
Им храбрости не занимать,
И водная вскипела гладь.

Чуть больше часа длился бой,
Судов японских вился рой.
И в нашу сторону как град
Снаряды мощные летят.

Они ложатся точно в цель,
Варяг подбит и сел на мель.
Чтоб в плен к японцам не попасть
Корабль решили подорвать.

Хотели – да. Но вышло так,
Что это был всего лишь знак.
Погибших с крейсера забрав,
Но крейсер так и не взорвав,

Открыв кингстоны лишь, затем,
Чтоб не испытывать проблем,
Они на Родину пошли,
Сев на чужие корабли.

И, возвращаясь, корабли
К портам Европы подошли.
И вот в Европе говорят,
Как бился в Чемульпо «Варяг».

Кто хаял их, а кто хвалил –
Кто что хотел, то говорил.
Дошел тогда и в Мюнхен слух
О том, что значит русский дух.

Там жил тогда один поэт,
Стихи писавший для газет.
В газету «Jugend» он писал.
О нем и Гашек даже знал.

И маленький его стишок
Вниманье Гашека привлек.
Когда о Швейке он писал,
Рудольфа Грайнца вспоминал.

Но не об этом я сейчас,
А Грайнца приведу рассказ.

«Der Untergang der Warjag»

Auf Deck, Kameraden, all auf Deck!
Heraus zur letzten Parade!
Der stolze «Warjag» ergibt sich nicht,
Wir brauchen keine Gnade!

An den Masten die bunten Wimpel empor,
Die klirrenden Anker gelichtet,
In stirmischer Eil` zum Gefechte klar
Die blanken Geschutze gerichtet!

Aus dem sichern Hafen hinaus in die See,
Furs Vaterland zu sterben -
Dort lauern die gelben Teufel auf uns
Und speinen Tod und Verderben!

Es drohnt und kracht und donnert und zischt,
Da trifft e suns zur Stelle;
Es ward der «Warjag», das treue Schiff,
Zu einer brennenden Holle!

Rings zuckede Leiber und grauser Tod,
Ein Aechzen, Rocheln und Stohnen -
Die Flammen um unser Schiff
Wie feuriger Rosse Mabnen!

Lebt wohl, Kameraden, lebt wohl, hurra!
Hinab in die gurgelnde Tiefe!
Wer hatte es gestern noch gedacht,
Dass er heut` schon da drunten schliefe!

Kein Zeichen, kein Kreuz wird, wo wir ruh`n
Fern von der Heimat, melden -
Doch das Meer das rauschet auf ewig von uns,
Von «Warjag» und seinen Helden!

Rudolf Greins, 25. Februar 1904, Zeitschrift «Jugend»


Немецкий плохо знаю я
И потому, мои друзья,
Чтоб очень долго вам не ждать –
(Немецкий буду изучать),

А время, как всегда, не ждет –
Вот легендарный перевод:

Перевод Евгении Студенской 1904 год

Наверх, о товарищи, все по местам!
Последний парад наступает!
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»,
Пощады никто не желает!
Все вымпелы вьются, и цепи гремят,
Наверх якоря поднимая.
Готовятся к бою орудия в ряд,
На солнце зловеще сверкая.
Из пристани верной мы в битву идем,
Навстречу грозящей нам смерти,
За Родину в море открытом умрем,
Где ждут желтолицые черти!
Свистит, и гремит, и грохочет кругом
Гром пушек, шипенье снаряда,
И стал наш бесстрашный, наш верный «Варяг»
Подобьем кромешного ада!
В предсмертных мученьях трепещут тела,
Вкруг грохот, и дым, и стенанья,
И судно охвачено морем огня, -
Настала минута прощанья.
Прощайте, товарищи! С Богом, ура!
Кипящее море под нами!
Не думали мы ещё с вами вчера,
Что нынче умрём под волнами!
Не скажут ни камень, ни крест, где легли
Во славу мы русского флага,
Лишь волны морские прославят вовек
Геройскую гибель «Варяга»!

А кем же стал сам Грайнц потом,
Когда война пришла в наш дом?
Да, он потом не просто жил,
Поскольку Гиммлеру служил.
Варяга подвиг он воспел -
Все, что приличного успел.
И потому судьба его
Для нас не значит ничего.

А что же наши моряки  -
Вернулись в Петербург они.
Как отнеслись в России к ним?
Торжественную встречу им

Устроил город Петербург,
В их честь везде гремит салют.
Им дифирамбы все поют,
Их в Зимнем всех министры ждут.

И пусть еще идет война
Им всем вручают ордена.
И прославляя русский флот,
Сам царь за их здоровье пьет.

Но тот, кто возглавлял «Варяг»,
Своим наградам был не рад.
И Руднев ровно через год
В отставку рапорт подает.

Он чувствует, что был неправ,
В заливе крейсер не взорвав.
А из Японии ему
Прислали орден одному.

С насмешкой как бы говоря:
«Вот Вам награда за Варяг».
Поскольку так он поступил –
Корабль как бы подарил.

Следя за русским кораблем,
Подняв со дна его потом,
Японцы плавали на нем,
Учебным сделав кораблем.

Дальнейшая его судьба
Была совсем уж непроста -
Не стал хорошим кораблем,
А просто сдан в металлолом.

Да, длился бой всего лишь час,
Легенда после родилась.
Но песня, что звучит сейчас,
На подвиг вдохновляет нас.

Но о Варяге свой рассказ
Прерву, пожалуй, я сейчас.
Но не прощаюсь я с тобой,
Ведь впереди Цусимский бой.