Затор и Поток
Именно там, под старой плакучей ивой, образовался Затор. Он появился давно, когда маленький мальчик по имени Саша не сказал другу «прости», испугавшись. Потом к тому бревну прибилось бревно несделанного урока, потом — доска несмелой мечты, ветка невысказанной благодарности матери… С годами Затор стал огромным. Он не перекрывал реку полностью, но вода за ним текла тихо, печально и без сил.
Сам Саша, уже повзрослевший, сидел на берегу и смотрел на Затор. Он чувствовал, как за этим хаосом брёвен застряла его собственная сила. Но он боялся подойти ближе. Казалось, если тронуть хоть одно бревно, весь хлипкий мост его привычной жизни рухнет.
Однажды к нему подплыла мудрая Выдра — дух этих мест.
— Что ты видишь? — спросила она, глядя своими тёмными, понимающими глазами.
— Я вижу проблему, — вздохнул Саша. — Вижу хлам, который мешает течению. Надо его взорвать или сжечь!
— Странно, — сказала Выдра. — А я вижу не хлам, а Истории. Каждое бревно хочет договорить свою историю до конца. Ты слышишь, как они стонут?
Саша прислушался. И правда, сквозь шум воды доносился тихий гул: «Если бы я тогда…», «Почему он…», «А что, если…». Это были голоса незаконченных разговоров, неотпущенных обид, несделанных выборов.
— Что же мне делать? — спросил он в отчаянии.
— Завершить, — просто сказала Выдра. — Не сжечь, а разобрать. Послушать каждую историю. Поблагодарить её за урок. И отпустить вниз по течению.
Сначала Саша боялся. Он подошёл к самому краю Затора и тронул первое, самое старое бревно — «Невысказанное "Прости"». Он представил лицо того друга, почувствовал давний стыд, который сжал его горло. И вместо того, чтобы оттолкнуть это чувство, он позволил себе его прочувствовать. Он мысленно сказал всё, что не сказал тогда. И произошло чудо: бревно не рассыпалось, а стало легче, перевернулось и плавно уплыло, превратившись в легкую щепку-напоминание.
Так, день за днём, Саша разбирал Затор. С некоторыми брёвнами («Злость на учителя») нужно было поговорить громко, позволить себе почувствовать ярость здесь и сейчас, на безопасном берегу. Другие («Страх неудачи») нужно было обнять, как испуганного ребёнка, и признать: «Да, ты есть. Ты часть меня. Но ты не управляешь мной».
Каждое бревно, чью историю он выслушал и чьи чувства принял, отпускало свою хватку. Он не стирал память, он делал выводы: «Тогда я поступил так из-за страха. Теперь я знаю, что могу быть смелее».
И вот, когда последнее бревно («Сомнение в себе») отплыло, произошло главное. Река не просто потекла быстрее. Она обрела новое русло — более глубокое и уверенное. Вода, которая раньше тратила силы на борьбу с Затором, теперь несла лодки новых идей, крутила мельницы действий и орошала берега новых возможностей.
Саша посмотрел на чистую излучину. Затора не было. Но он понял: «завершить» — не значит забыть или уничтожить. Это значит дать внутренней реке течь свободно, приняв все её притоки — и радостные, и печальные — как часть своего Пути. Довериться этому течению, потому что теперь ничто не мешает ему нести тебя к морю, имя которому — целостная жизнь.
А мудрая Выдра, улыбнувшись, нырнула в глубину. Её работа здесь была сделана.
Свидетельство о публикации №125122800736