У тебя в твоём Сиэтле...

У тебя в твоём Сиэтле развлечений – до фига.
Изнемог от развлечений, в океан залез по грудь,
Потихоньку остываешь, провожая облака,
Да из приторного мира в неисследованный путь.
Но пестрит перед глазами предлагаемая явь:
Соблазнительная прелесть, улыбающийся шик…
Не смущайся, ближе-ближе, только галстучек поправь…
Десять баксов под резинку, если ты ещё мужик.
Терпит кайф периферия, а душа, как унитаз,
Лишь смывает эту гадость до глазурной белизны.
Может, что-нибудь из прессы, чтоб словцом не в бровь, а в глаз?..
Или, может быть, на виски сократиться из казны?..
Но душе не до игрушек, не до пластиковых лиц…
Ей бы что-нибудь родное из прохладных октябрей,
Из далёких впечатлений от прочитанных страниц,
И желательно из детства… А откуда взять-то ей?..
Кем-то пишутся картины: краски, тюбики, холсты…
Тянет звук виолончельный длиннорукий музыкант…
Кто-то пишет на газетке карандашиком простым
То, что может быть, в сознаньи сохранится на века.
Ну а ты идёшь на службу: скорый лифт, седьмой этаж,
Офис – серая коробка с канцелярским барахлом…
Той, что справа, Кетти Браун, сорок лет никак не дашь…
Отчего бы вам в субботу не отправиться вдвоём
В бухту Эллиот на барке покачаться для любви?..
Но – дела, дела… бумага, узкоглазый бизнесмен…
Сделка – выгодная тема с предисловьем визави…
А душа… Душа не терпит: ни расчётов, ни измен…
И, свернув на Walker Street, уже нельзя свернуть назад:
Поглотители не дремлют, совратители не спят.
А над городом Сиэтлом звёзды гроздьями висят;
Бриллиантовые звёзды… Падать только не хотят.