Путешественник и река Недосказанного

В одной далёкой стране, за горами Воспоминаний, текла необычная река. Называлась она Рекою Недосказанного. Воды её были прозрачны, но дно было усыпано гладкими, красивыми камнями — каждый из которых был чьим-то незавершённым словом, несделанным делом, непрожитой печалью или невысказанной благодарностью.

Жил на берегу этой реки юноша по имени Гео. С детства он любил собирать эти камни. Поднимет холодный, синий камень — и вспомнит ссору с другом, которую так и не удалось забыть. Найдёт шершавый, колючий камешек — и перед глазами встанет обещание, данное отцу и не сдержанное. Каждый камень был тяжёл, но Гео складывал их в свой холщовый мешок и носил за спиной, думая: «Вот-вот, когда-нибудь я разберусь с этим».

Мешок становился всё тяжелее, спина Гео сгибалась, а шаг замедлялся. Он уже не мог бегать по лугам, не слышал пения птиц, потому что весь его мир свелся к грузу за плечами и шепоту камней, который доносился из мешка по ночам.

Однажды, когда путь стал совсем невыносим, Гео встретил старую мудрую Лесничиху.
— Что ты несешь, дитя? — спросила она, глядя на его согнутую спину.
— Свою жизнь, — просто ответил Гео.
— Давай посмотрим, — предложила Лесничиха.

Он развязал мешок и высыпал камни. Они заиграли на солнце всеми цветами грусти: тут были синие камни ушедшей любви, серые камни упущенных возможностей, чёрные камни обид.
— Они красивы, — вздохнула Лесничиха. — Но они не для ношения. Они для того, чтобы их увидеть и отпустить. Видишь ли, Река Недосказанного течёт не для того, чтобы мы таскали её дно на своих плечах. Она течёт, чтобы научить нас доверять течению.

— Но как их отпустить? — воскликнул Гео. — Они же часть меня!
— Часть тебя — не камни, а память о том, что они значат. Но чтобы память стала легкой, как перо, а не тяжёлой, как скала, камни нужно вернуть воде. Но не просто выбросить. Нужно для каждого найти правильное место.

И она повела его вдоль реки.

Первую остановку они сделали у Истока. «Здесь возвращают камни, которые связаны с началом чего-то важного, но так и не выросшего», — сказала Лесничиха. Гео взял в руки холодный синий камень первой несмелой любви. Он согрел его в ладонях, поблагодарил за урок нежности, и бросил в самый родник. Камень коснулся воды и растворился, как утренний туман, а на душе у Гео стало светлее.

Вторую остановку они сделали у Стремнины, где вода пела громко и яростно. «Сюда бросают камни обид и гнева», — научила Лесничиха. Гео нашёл острый, колючий камень. Он вспомнил лицо того, кто его обидел, почувствовал, как кипит старая злость в груди, и что есть силы швырнул камень в самый водоворот. Вода с рёвом приняла его, перемолола и унесла прочь. Грудь Гео вздохнула свободно.

Третья остановка была в тихой заводи, где вода будто задумалась. «Это место для несдержанных слов и невысказанной правды», — прошептала Лесничиха. Гео достал гладкий белый камень — разговор с матерью, который он так и не решился начать. Он шепнул в камень все те слова, что копились годами, и положил его на воду. Камень поплыл, как лодочка, унося послание туда, куда нужно.

Шли они долго. Для каждого камня нашлось своё место: для обещаний — у старика-водопада, для сожалений — в глубоком, тёмном омуте, куда смотрела сама Луна.

Когда мешок опустел, Гео выпрямился. Он впервые за много лет почувствовал, как лёгок его шаг, как сладок воздух и как прекрасно пение птиц. Он подошёл к реке, чтобы напиться, и увидел в отражении своё лицо — повзрослевшее, спокойное, с глазами, полными мира.

— Но что теперь? — спросил он Лесничиху. — Река ведь всё так же полна камней. Они такие красивые... я снова могу начать их собирать.
Мудрая женщина улыбнулась:
— Камни будут всегда. Это и есть жизнь: незаконченные дела, мимолётные чувства, маленькие неудачи. Закрыть гештальт — не значит очистить реку. Это значит научиться не носить её дно в своём мешке. Смотри на них, чувствуй, благодари за урок и отпускай в течение. Доверяй реке. Доверяй жизни. Она знает, куда нести каждый камень.

С тех пор Гео стал Путешественником. Он шёл по берегу Реки Недосказанного лёгкой походкой. Иногда он наклонялся, подбирал новый сверкающий камень, рассматривал его, чувствовал его вес и гладкость, а затем с улыбкой возвращал его воде. Он научился доверять течению.

А его старый холщовый мешок он превратил в гамак, чтобы отдыхать под солнцем, слушая, как река несёт свои воды — и его истории — в бескрайнее, доверчивое море.