Ты с кем теперь там коротаешь вечность

Ярославу Курскому

Ты с кем теперь там коротаешь вечность,
на чьей макушке носишь ночью шапку,
и воздуха декабрьского млечность,
губами чьими впитываешь зябко?..

От фото отлетела половинка.
Но это же однажды склеит кто-то?
А я? Каких я кладбищ паутинка?
И где мы снова встретимся на фото?

Снежинка, как стеклянное распятье,
на лбу поставит горестную точку,
и примет яма в мёрзлые объятия
мою земную горе-оболочку,

и в мире снова станет абсолютней.
Но бабочка пока ещё порхает,
грядут сезоны мятликов и лютни,
и почка жизни в небе набухает.

Но это не сейчас, а где-то позже,
а здесь я стыну над твоим сугробом.
Насколько необъятно это ложе!
Насколько ненасытна та утроба!

А что до этой скляницы злосчастной,
в которой то ли свечка, то ли водка,
она в снегу – красна и непричастна.
А я причастна и устала вот как –

пока декабрь постыл и удручающ –
лежать на дне твоей каменоломни!
Из-под креста ты тихо отвечаешь:
«Ступай смелее. Я тебя не помню.»