Америка, 1991 ч. 2

    Знакомлюсь как-то случаем
    Я с женщиной приятною.
    А мы сюда из Минска,
    Она мне говорит.
 
    Мой муж сидит в машине,
    Пойдёмте, познакомлю.
    Потребовал он тут же
    Им нанести визит.

     В тот вечер удивительный
    На дивном «Кадиллаке»
    В отэль они подъехали
    За мной. Какая честь!

    На мягоньких подушках
    Удобно развалившись,
    Немыслимое слышу:
    Что будете вы есть?

    Что холодильник скажет,
    Решил я отшутиться,
    И услыхал весёлое:
    А там вода и сок.

    Мы в супермаркет прибыли,
    Он так же был прекрасен,
    Различной снеди взяли
    На ужин, но не впрок.

     С такой съедобной ношей,
    (По несколько пакетиков
    Мои держали пальцы),
    Шагалось веселей.

    Из лифта в их квартиру
    Мы шли по галлерее,
    А во дворе направо
    Увидел я бассейн.

    Там кто-то тихо плавал.
    Нас задержал рукою,
    Беседа завязалась,
    Выкрики и смех.

    Они впервые виделись
    И не были знакомы,
    Но их объединяло
    Веселье и успех.
      
    Закуски из пакетов
    В тарелках оказались,
    К ним выросли бутылки,
    В одной из них жень-шень.

    А скромные пакетики
    Уровень стабильности:
    Нет смысла запасаться.
    Всё будет. Каждый день.
   
    Хозяин, знатный доктор,
    Владелец крупных клиник,
    Рассказывал в подробностях
    Как он всего в Америке достиг.

    Из бесчисленных соискателей,
    Пролезавших в сито знаний,
    Единственный всё одолел,
    И в этот мир проник.
    
    Втроём до поздней ночи
    Мы дружески болтали,
    Я о театре стольном,
    Они о жизни там.

    К спиртному и тарелкам
    Почти не прикасались,
    И всё это богатство
    Я отвёз друзьям.

    Мы расставались весело,
    И дружески прощались,
    Они зелёный стольник
    На память дали мне.

    Всем там порой казалось,
    Что мы в своей глубинке,
    Тепло вокруг душевное,
    Как в родной стране.

    Когда Детройт открылся,
    Нас повстречала шина,
    Гигантского размера,
    Символ автопрома.

    Концерт наш принимался
    Под восторг всеобщий,
    Невероятно шумный,
     Словно были дома.