Возьмите ж вы мой лавровый венец!

О, кто из вас, безвинные творцы,
Не зная моего истока,
Не приписал иного мне порока?
«Гордец!»Слепые ж вы чтецы!

Не я надел венец сей самовольно.
О, знали б цену вы ему,
То никогда бы добровольно
Не возжелали лавра своему челу.

Пишу — лишь потому, что устно
Из рта срывается звериный крик,
Ибо в душе моей так пусто:
Я видел брата смертный лик,

Я схоронил друзей и дядю,
Над юностью поставлен крест…
Такую тяжкую уплату
За дар судьбы взимает перст.

Он разрывает телогрейку,
В тунику рядит«гордеца»,
И под ночную тихую жалейку
В лоб вдавливает лепестки венца.

На мне венец тот бронзовеет,
От судороги катится слеза,
Ведь, с каждым словом тяжелеет —
До крови давит на меня.

И всё чело залито кровью,
Лишь вижу строки и слова.
Я скован этой страшной болью:
«Снимите ж вы его с меня!!!

Эй, ты в толпе, читающий творец…
Возьми ж мой лавровый венец!
Возьми ж мой лавровый венец!

Я вижу целую толпу.
Не осуждайте, ради Бога!
Для вас его сниму—
Бросаю вам! Берите ж! Ну-ка!

Уже до нельзя я измотан весь —
Возьмите ж вы мой лавровый венец!
Возьмите ж вы мой лавровый венец!

ВОЗЬМИТЕ Ж ВЫ МОЙ ЛАВРОВЫЙ ВЕНЕЦ!!!»

...Утихни, гомон вездесущий.
Иду одною из дорог.
На мне опять венок кровь льющий.
Но видно так и судит Бог.