Пересвет

Игумен земли Русской,
Благословив, сказал:
Ты, инок, победиши,
Тебя Господь избрал.
В тиши ли, или в брани
С тобою Святый Дух.
Ты, Пересвет, услышишь
В груди сердечный стук.
Тебе придаст он силу,
С ней крепость духа, рук.
Ты чистыми очима
Увидишь, как дружины
От Коломны, Зарядья
Пешком, верхом к Непрядве
В поход за Русь идут.
На Куликовом Поле,
Когда сошёл туман,
Полки были готовы
Встретить ордынский стан.
Перед сраженьем главным,
Как было в дни войны,
Оружием помериться
Сошлись богатыри.
Сложившийся обычай
Той стороне удачу
И почести сулил,
Чей в поединке ратник
Соперника побил.
Нукеров всех свирепей
В Мамаевой орде
Был печенег известный,
Громадный Челубей.
С тяжёлыми доспехами,
С копьём длинным в руке
Громадой возвышался
На злобном жеребце.
Сверхдлинное копьё
Безжалостно разило
Того, кто мог его
Сразить мечом, секирой
И растоптать конём.
На вызов Челубея
Принять ответный бой
Ответил Христов воин.
«Мне Челубей по силам», —
Подумал Пересвет.
Без брони и щита,
С копьём в чернецкой схиме
Монаха-чернеца,
Он шёл на этот подвиг
С напутствием в словах:
«Ты, инок, победиши,
Тебя Господь избрал».
Его рукой водила
Божественная сила.
К бессмертию вела
Десница Божества.
«Ты думаешь, что сможешь
За счёт длины копья
Решить исход, как хочешь.
Ничто уже не сможет
Спасти, степняк, тебя.
Нет, мы сойдёмся оба
Грудь в грудь, и два копья
Пробьют одновременно
Доспех твой и меня».
Почувствовав толчок,
Из раны ручьём кровь,
Он Челубею в бок,
Под самое ребро,
Вогнал своё копьё
С железным остриём.
Упали оба колосом,
Попавшим в жернова,
Монах стал русским воином,
Святым на небесах,
А печенег — язычником,
С душою тёмной — в ад.

Его копьё сквозь время
Вернулось копьём света.
Испытанный в войсках,
Луч света Пересвета
Сожжёт любого в пепел,
Кто сеет к буре ветер,
Неся тьму вместо света.