Слепец

Злость во мне трепещет.
Увидела, как соловей-слепец,
Войнам в замке рукоплещет.
А над смертью плачется, глупец.

Но! Не в скорбной ране.
А в гордости красивой.
Поплакали чтоб и мещане,
Над тем, какой он правый, милый.

Одного вот не пойму:
Мужчинам, говорит, война — предназначение.
Да я со смеху сейчас помру...
Над вшивостью кривого изречения.

А люди?.. — «Да! О да! А он не так уж и злораден!»
«Да! О да! А он даже понятен!»
«Парни наши землю берегут!»
«Парни ради нас на смерть идут!»

Не поймите...
Я не то чтобы и спорю,
Я за парней наших — горою.
Но и по "не наших" тоже горю,
Я скорблю порою...

Есть ли честь в сие деянии?
Быть может лишь у части тех, кто кровь там проливает,
Но точно не в бриллиантовом сиянии —
Тех, кто этим управляет...

Сегодня парня усмотрела,
«Нациком» прозвали.
Без четырёх частей он тела.
Вот тут и «честь» и «справедливость» прозвучали.

Кто прав? Кто виноват?.. Ну не имеет смысла...
Этого никак вы не поймёте.
Все эти отзвуки фашизма...
Да что ж вы просто не уйдёте?

В протест кровавым измерениям,
В миру диктаторских основ укоренениям,
К лучшим изменениям?
К ошибок исправлениям?

Почему б не уничтожить третий мир?
И первым бы не поделиться?
Прекратить питать кровавый пир?
И наконец угомониться...

Ах... Что-то размечталась я... Простите...
Глупостей наговорила.
Давайте лучше вы меня казните...
Сегодня — это справедливо...