Узник

Вот и ночь расплескалась звёздами.
В строках этих
Печаль разгоню,
Напишу я о том,
То, что думаю.
То, что думаю,
То и пишу.

Звук холодных замков...
Лязгают.
Серых стен извела пустота.
Уже не верится
И не кажется,
Как косачка стрельнёт моя.

Все бумаги мои исписаны,
Между строк продолжаю мысль,
Что в «Крестах» наши души прописаны.
И скребёт где-то
В норах мышь.

Она тоже тут узница,
Добровольно сюда идёт
И кусочек хлебушка чёрного
По природе своей украдёт.

Все мы тут в чём-то виновные:
Кто-то денег украл чуток,
Ну а кто-то деньгами крупными
Умудрился набить мешок.

В свежих газетах  объявят
Утрату доверия
И закроют в этих «Крестах».
Кашля сильного слышится пение,
В этих стенах полно легенд.

А в камерах поют про царя Николая,
Про малинник и пасхальный обет.
Мол, помилует батюшка, слёзу утирая, —
Только веры в те сказки уж нет.
Не придёт государь в эти серые кельи,
Не раздаст нам пасхальных яиц.
Это бред пред смертной дуэлью
И легенды измученных лиц.

А наутро ворвутся
В ту камеру
И накинут холщовый мешок.
Поведут в кандалах по камушкам,
Чтоб ты света не видел, дружок.

Барабаны стучат как вызовы,
Эшафот готов со вчера.
Отстегнутся кандалики
Мигом так,
Чтобы легче была душа.

Бейте, суки, в свои барабаны,
Бейте так, чтобы, чтобы било в ушах,
Чтоб сердце его разорвалось
До того, как затянет петля.

Тишина — это доля секунды,
Это миг в холщовом мешке.
Спасибо Царю за милости эти, —
Я свободен в этой стране.