безвозмездно

А потом никто не скажет тебе «спасибо».
Ни тихо, ни вслух — ни утром, ни в ночь.
Все то, что держал, что спас и что вынес,
Запишут как «так и должно быть», и прочь.

Ты станешь фоном — привычным, незримым,
Как свет в коридоре, как воздух в груди.
И только усталость, родная, любимая,
Сядет рядом и скажет: «Живи».

И в этом молчании, странно и честно,
Рождается что-то важней похвалы:
Ты делал не ради чужого «уместно»,
А просто — по совести. Просто — из тьмы.

И выяснится — тебя даже не просили об этом.
Ты сам подставлял плечо под чужой вес,
Сам соглашался быть нужным и светом,
Когда тебя звали не вслух, а «если есть».

Ты думал: любовь — это вытерпеть, вынести,
Стать тише, удобней, сильней за двоих.
А вышло — ты просто остался на выносе
Чужих ожиданий и страхов чужих.

И будет не больно — скорей, пустовато,
Как в комнате после ненужных гостей.
Ты снимешь с себя это «надо» и «надо бы»,
И станешь немного честней и живей.

И, может быть, в этой неловкой свободе
Ты вдруг разглядишь без упрёков и слов:
Тебя не просили — и это не повод
Просить у себя оправданий за всё.