Тень с рубиновым отблеском

В полумраке комнат, где танцуют тени,
Она стоит, как вызов вечной лени.
Черные пряди, словно крылья ночи,
Скрывают тайну, что таит в себе очи.


Лицо бледное, как лунный свет в тумане,
Кажется, застыло в вечном урагане.
Под тонкой кожей – сеть из вен-ручейков,
Что тихо шепчут о потоках дней-грехов.


Ресницы темные, как бархатные крылья,
Осеняют взгляд, где боль давно застыла.
В алых глазах – отблеск далеких звезд,
Их мерцающий огонь – надменный зов без слов.


Губы полные, цвета спелой вишни,
Хранят улыбку, что едва ли слышна.
Очерчены четко, словно кровью знак,
Они молчат, но будоражат сло;ва мрак.


На шее – ошейник кожаный, стальной,
Шипы сверкают в полумраке злобной тьмой.
Словно символ рабства, или бремя власти,
Он подчеркивает хрупкость ее несчастной страсти.


Кружево черное ласкает кожу рук,
Сплетает вязью тайн пленительный узор вокруг.
Трепещет тонко, как паутина сна,
Намек на прошлое, что не отпустит никогда.


Под кружевом – цепочка, словно нить судьбы,
С подвеской-крестом, что дарит надежды сны.
Но крест перевернутый – символ падения,
Вечного сомнения, и горького презрения.


В ушах – серьги алые, как капли крови,
Они мерцают в такт сердечной боли.
Словно отголоски ран, что не заживут,
Они молчаливо о прошлом ей поют.


Она – воплощение печали и порока,
В ней – страсть и лед, что вместе бродят роком.
Ее душа – как темный сад в ночи,
Где распускаются лишь алые цветы любви-тоски.