Диалоги с Хайямом - Диван, подражание Омару Хайяму

«...перед лицом и друга и врага, Ты — господин несказанного слова...»(Омар Хайям)

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Говорят, что в стихах все слова — жемчуга.
На любом языке ненавидим врага,
Но порою язык —главный враг. Аксиома:
Молчаливым доступны блаженств берега.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Украшая словес свой земной гардероб,
Господина воспеть мы готовы взахлеб.
Только питой насытится дервиш и раб,
А вельможа наряды шута снесет в гроб.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Говорят, человек — раб поступков и слов,
Но у творчества нет ни господ, ни оков.
Лишь открывший оазис таинственных знаков
Пьёт прекрасный нектар вдохновенных богов.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Мудрецы повздыхали и сели в Ковчег,
Чтоб на небе узреть песни Альф и Омег,
Но “Титаник” поэзии встретил вдруг айсберг:
В многословии часто теряем мы брег.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
И нача;лся потоп. И в стремлении вод
О господстве замыслил древнейший народ.
Чрез иголки ушко не пролезет верблюд:
Только дервиш богат, господин — нищеброд.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Иногда лирой скрасим своё бытие,
Иногда посидим у крыльца на скамье
И в ночи воспоем звезд величие…
Лишь бы жемчуг не бросить свинье.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
У поэта к прекрасному в сердце чутьё.
Только бхаджан ему — и еда и питье.
Говорят, что поэт внутри — просто дитё.
Что за маской ребенка? Души громадьё.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Все слова у поэта — красивый мираж.
Иногда и на публику роль-эпатаж.
Он взбирается ввысь, его манит престиж,
Но порою нет лифта на верхний этаж.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Вот задумал поэт своей книги релиз.
И обложки уже заготовил эскиз.
Но не сбылся с реальностью брачный союз:
Оказалось, поэзии лифт идёт вниз.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Очень часто в золе тлеют долго угли
И толпа осуждает, кто пламя земли.
Не страшны только золоту грязи:
Оно будет блестеть и в грязи, и в пыли.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Мне вино одуванчиков пряных налей,
Что растут у окраины майских полей.
Наши души пленяет бушующий май,
Хоть и жизнь состоит из дорог и камней.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Очень часто толпой презираем пророк.
— Отчего, дервиш, грустен? Отчего одинок?
— Мне природы дороже, чем люда, язык, —
Так ответил поэт и прекрасно умолк.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
У поэта открыт в иномирье портал,
Где молчанье порой — драгоценный кристалл.
— Дай, Творец, мне постичь твой вселенский глагол!
Но с небес мне: “О, дервиш, ты лучше б молчал!”

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Иногда я хочу петь, как будто Хайям,
Босиком слов танцуя по жгучим углям.
Но порою в душе моей царствует шум,
Да и больно в огне обнаженным ступням.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
— Расскажи мне, о путник, про музу и сон,
Про поэта, что был в эту землю влюблён.
Но в молитве безмолвствует мудрый раввин.
Напишу я, пожалуй, диван в "Авалон".

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Ты плесни мне в бокал из Прованса “Бордо”!
Добрым словом помянем сраженья в “Рондо”,
Где гуляла, по залам порхая, Эрато.
Ну а вдруг к нам заглянет китаец До До?

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Вновь Ковчег, вновь бушует безумный потоп.
А земля содрогнулась от множества толп.
Мудрецов во хмелю сиплый голос окреп,
Только трезвый оратор случайно утоп.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Вдохновенью есть ценник — звенящий динар.
Рубайат оживи своим духом, Омар.
В небогатое время счастливей шаир.
Иногда и рубаи — прекрасный товар!

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Если жизнь вдруг твоя полетит под откос,
То воспой облака и скалистый утёс,
Даже если твой старый ненужный баркас
Растревожит веслом в мае брошенный плёс.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
За окном так сирени дрожит аромат,
Что наполнен цветами и мой рубайат.
И на время не страшен тоскливый наш быт
Под доспехом цветочных дурманящих лат.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
В мармеладе любовь ты вкуси чрез айву.
А потом же отведай изюм и халву.
Ощути всех метафор изыск и усладу
И почувствуй себя не во сне — наяву.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Мой корабль напоролся на будничный риф.
Я сегодня по-блоковски — призрачный скиф.
И не шторм раздражает — флотилии дрейф.
Говорит Шахрезада: “На час ты халиф”.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Наша жизнь состоит из расплат и утех.
И фиаском закончится каждый успех.
Как в гареме паши хранит честь семьи евнух,
Так от смерти спасает железный доспех.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Про ворону с лисой прочитал вдруг мудрец.
О не дай мне тщеславья, великий Творец!
Очень плохо, коль прыгает лысенький старец,
Словно глупый, безродный, безумный юнец.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Оставив долгий сон сухих предтеч,
Мечтаем мы о кратком миге встреч,
Но этот сон и скучен, и тягуч,
И затупился лиры смелой меч.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Хранит любви напиток губы чаш,
Рисует образ девы карандаш.
Но иногда всему искусству — грош,
Коль рай из замка перешел в шалаш.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Обвился вокруг вишни спелой плющ.
И кажется ему: он сладок, всемогущ.
“Побойся Бога! — к правде взывал хвощ. —
Не ты весной был сказочно цветущ!”

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
— Скажи, о чем поешь ты, менестрель?
— О том, что на цветах мохнатый шмель.
О том, что в сердце затаилась дрожь,
Когда красотка позвала в постель.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
— Скажи, мудрец, есть у тебя заветные мечты?
— Хочу, чтоб мысли были прекрасны и чисты
И чтоб поэзия не ведала печальные оковы
Сомнения, безволия и мрачной суеты.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
— Посади, мой слуга, поскорей каланхоэ!
Мне слуга говорит: “Посадил я алоэ
И из сакур коры изготовил нэцкэ.
Госпожа, поспеши на каноэ!”.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
— Я сегодня баюкаю юность свою
В колыбели ветров, жизнь прекрасна в бою.
Подари мне скорей розу чайную.
И я чай из ее лепестков воспою.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
Позови в край, где небо пленяет заря,
Я хочу отгореть хоть чуть-чуть не зазря.
Но шаиру в пустыне близка правда божия,
А не правда вельмож при дворе и царя.

 
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

 
16.05.2021