Захаров

Влюблённый в линию и словом очарован,
живописующий могущество  гуаши,
он древность дерева лелеет как основу
ему подвластного - его искусством ставши.

В древесной нежности хранятся тайны линий
и плоть проникнута живым произрастаньем.
И в теле женском обнаруживает  липа
свою историю - и вдруг Мадонной станет.

Он ясно чувствует всевластие металла -
его возможности и хрупкую ранимость:
прекрасной дамы облик и цветочек малый
взаимно олицетворяют уязвимость! 

Изгой в когорте удалого поколенья
шестидесятых, был опАленным судьбою -
он, равно чуждый и признанью, и гоненьям,
своею сутью и трудом свободу строил.

С любимой встреча оказалась не случайной,
но - предначертанною импульсом расцвета.
Живая зрелость снизошла в объятья тайны
и новый образ воссиял могучим светом.

Он признан тем, что - призван воодушевленьем
святого творчества, Творцом благословленный.
А сила духа, не нуждаясь в одобренье,
ведёт живые диалоги со Вселенной.