По Святителю Игнатию Брянчанинову

За окном чёрно-белый пейзаж декабря,
Замороженный сад впал в глубокую кому,
По резному стеклу голой веткой скребя,
Осторожно взывает к смирению людскому.

Нагота облеклась в полумёртвый покой,
Сквозь туман притянув умилённые взоры,
Я слезу утираю холодной рукой,
Расправляя помятые, в сумерках, шторы.

Словно тайна завесы упала с очей,
Приоткрылась старинная книга природы,
Сокращая поток зимних дней и ночей,
Ожидают деревья весенние роды.

Растянулся по саду бездушный сезон,
Стынут корни в земле, гнутся пышные кроны,
Это маленькой смерти пророческий сон,
С головы нигилизма, сшибает короны.

Оживут дерева, приодевшись листвой,
Потекут по стволам, к веткам, свежие соки,
Лишь, в огонь попадут, перемёрзшей ботвой,
Те, что лютых морозов не вынесли сроки.

Зарекается люд от тюрьмы, от сумы,
Воскрешению будущей жизни не веря,
Посмотри же, мой друг, в сад во время зимы,
И на этот же сад, в середине апреля.

Если б был, на планете, такой человек,
Что, родясь, не знавал времена смены года,
То, такой «атеист», не поверит вовек,
На какой Божий праздник способна природа.

Ежегодный урок, пред глазами людей,
Живописным учением, Бог украшает,
Если Он воскрешает древа от дождей,
То, от слёз покаянных, и нас воскрешает.