Одиннадцать знаков 1995-2002

КАМЕНЬ

Землю покрыла вечерняя мгла,
Взгляд устремлён на восток.
Дыма завеса неслышно плыла
Мимо дверей за порог.

Камень лежал у последней черты
И превращался в песок.
Воздух застыл. Но услышишь ли ты
Камня нечаянный вздох?



ДЫМ

Сдвигался ровно над землёй чужой покров,
Плетя собой завесы дыма и туман.
Осенним утром он пугал прохладой снов,
Но лишь один увидел свет, попав в капкан.

Он взял ружьё и прислонил к плечу приклад,
Ведь он не знал, что выстрел будет холостым.
Он вдаль смотрел, но в никуда упёрся взгляд.
А горизонт уже покрыл песчаный дым.

Борьба и страсти – всё смешалось и слилось
В одну канву, где все мы жили и живём.
Он знал: всё то, о чём мечтали, не сбылось.
С клубами дыма всё умрёт осенним днём.



В ЖЁЛТОМ ДОМЕ

Вечер, солнечный вечер за окном.
Свет преисподней прольётся в жёлтый дом.
Каплями страх на стенах здесь и там,
Розовый дым скребётся по углам.

Шёпот вздремнул за дверью, пришёл покой.
Встретились в жёлтом доме мы с тобой.



ТЫ – ЭТО Я

Дай мне веру свою,
Расскажи, чем живёшь,
Песню спой о любви.
Я услышу тебя!

Покажи, кто твой друг
И куда ты идёшь.
Лишь тогда я поверю,
Что ты – это я.



КТО ЗДЕСЬ КТО

За тенью камней еле виделся нам
Песок, обездвиженный льдом.
Луч солнца кружился
Под тихий бессильный крик.
Мы видели небо, кричали, как все,
Считая, что пели о нём,
И ветер нас рвал на куски,
Наш меняя лик.

Не видно дороги, и солнце ушло,
Вчера доверявшее нам.
Придётся опять
Прокладывать новый путь.
Мы мало любили, мы верили в разум
И верили лживым словам.
Никто не виновен,
Мы солнце хотим вернуть.

Кто здесь кто?
Здесь слишком темно,
Чтоб заметить
Верных нам людей.
Скажите, кто здесь кто?
Теперь нам всё равно.
Мы будем одни
В аду этих дней.



ПЕСНИ ПОД БЕЛОЙ ЛУНОЙ

Ночь шумит, над землёй гроза,
Но только в белых снах расплавится слеза.
Этот мир – мир седых ветров,
Людей и душ, морей и проклятых веков.

Здесь стены мешали,
И люди их грызли,
Студёной облив водой.
А ты, одинокий
Творец их мыслей,
Пел песни под белой луной.

Дождь затих, стало чуть светлей.
Но где границы света в пантомиме дней?
Сквозь стекло виден серый дым.
Ты в нём увидел свет, мир снова стал другим.

Веками любимый
Распутник и гений
Зашёл повидаться с тобой.
А ты, представитель
Других поколений,
Пел песни под белой луной.



БЕЗ СЛОВ О НЁМ

В других найдя своё лицо,
Сомкнулись мёртвой хваткой
Сердца, смотревшие на жизнь
Не так, как все кругом.
Один поэт писал стихи
Тетрадку за тетрадкой.
А вы смеялись надо всем
И плакали потом.

Кто будет жив, подарит вам
Непрожитые годы,
И вместе с ними перейдёт
Нетронутая боль.
Один поэт писал стихи,
Другой калякал оды.
Но вы смеялись надо всем,
Разыгрывая роль.

Осталось вам любить других
И мчаться к ним сквозь время,
Назад к мечте. Наверное,
На вас им наплевать.
Один поэт писал стихи,
Другой строчил поэмы.
Но вы смеялись надо всем,
Вам поздно выбирать.

Только за окном ты видишь мир, а он устал:
Слишком много сожжено огнём.
По дороге ветер в клочья разбросал
Старую тетрадь без слов о нём.



БЛИК ВЕЧЕРНЕГО СВЕТА

Блик вечернего света
Твои слова на стене сохранит,
И будешь думать ты
О том, что ты жива.
Бездна солнечной пыли
В твоё окно незаметно влетит,
И ты захочешь ждать,
Как я когда-то ждал.

Блик вечернего света,
Его захочешь руками поймать
И побежишь к нему,
Боясь, что он умрёт.
В нём любовь и спасенье.
Ты это знаешь, целуя опять
Пустую стену,
По которой он ползёт.

Блик вечернего света,
Он тает здесь, у тебя на глазах,
И через миг покинет дом
Бесцветных стен.
Ночь окутает город.
Ты не почувствуешь боли в словах
И не услышишь, как сердце
Навеки уснёт в темноте.



ГДЕ ОКЕАН ИГРАЛ ВОДОЙ

Ты, как он, ждёшь ответ.
Неба бледный фон
Дарит слабый свет.
Жизнь и смерть сквозь кристалл.
Жить или гореть,
Кто же выбирал?

Плач и смех, ты и он.
Маски сбросить вниз
И взойти на трон.
В душах – страх, лёд, жара.
Жизнь в чужих руках,
Вечная игра.

Где океан играл водой,
Теперь реки бежит поток.
Где было море – риф пустой,
Где был ручей – сухой песок.
Где пели нимфы из глубин,
Рукой достанешь ты до дна.
Мечта ушла, и он один,
И ты одна.



СУМЕРКИ

Умолкнет за стеклом полуденный угар,
И сумерки легко опустятся на нас.
Под пение свечи растают кружева
И подкрадётся ночь, свой ожидая час.

И контуры домов, и переплёт ветвей
Охватит пеленой дыхание свечи.
Тогда свершится бал любви и спящих в ней,
И их былая скорбь рассыпется в ночи.

И звёзд неясный взор не позовёт к себе,
А лишь укажет путь в далёкий край добра
И, серебром покрыв печаль в твоей судьбе,
Поможет всё забыть и выжить до утра.



ДРЕВНИЙ ВЕТЕР

Посторонись, герой: ты видишь,
Здесь всё в руках моих.
Сойди с тропы, свой путь отдай
Тому, кто рушит миф.
Ведь только я смогу услышать,
Как шелестит трава,
Как лёд горит, как стонет мир
И как немы слова.

Проклятья дар погубит душу
И в омут заведёт.
Но ты не в силах обогнать
Того, что мчит вперёд.
Посторонись, герой: я злее,
Я вижу цель не там.
А ты шагаешь каждый день
По собственным следам.

Коварство мысли тех, кто лжёт,
Не стоит ничего.
И древний ветер
Развеет в сердце страх.
В нём сила неба и полёт,
Не сбить с пути его,
Ведь столько веры
И крови на камнях.

И больше нет сомнений и потерь.
Иди за мной, я открываю дверь.



В ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ

Растает лёд, и свергнет гром
Всё то, что так губило нас.
Прольётся дождь, и этим днём
Я свет приму в последний раз.

Теперь же властвует зима.
Глоток вина и ад свечи.
Так падал мир, сходя с ума
От мыслей, брошенных в ночи.

Тоска без слов, стихает боль.
Рай не вернётся, не зови.
Мне нищим кажется король
В последний день твоей любви.



ЗАКОНЧЕН БОЙ

Осенний вальс сыграло лето.
Я обречён гулять по свету
И становиться тем, кем был всегда.
Живой и тёплый, добрый ветер
Стал снова чист, силён и светел.
Бессильной стала мёртвая вода.

Закончен бой во имя драки,
И за спиною гарь бумаги.
Мой бог войны уходит от меня.
Знакомый рай пронзает душу,
И солнца свет уже не сушит,
А дарит силы, каждый миг любя.



КОСТЁР

Пространство, вихрь, удар. Тоска
И пепел в голове,
И мир опять лежит у наших ног!
Кто знал, кто видел и хотел
Остаться там, во мгле,
Кто ждал свой час и верил в вечный рок,

Кто падал вниз, кто вверх летел,
Взмывал над адом дня –
Здесь всё одно – склонялись и ползли!
Проклятьем пал над нами свет,
Разрядом тьмы гремя,
Под реквием сгорающей земли.

Раздуть огонь никто не смог:
Кто болен, слаб, кто стар.
И все кричат: «Игра не стоит свеч!»
Все видят верх и рвут туда,
Клянясь, что там пожар,
Не в силах под собой костёр разжечь.



БЕЛЫЙ ФЛАГ

Тень на стене, я здесь не один,
И кто-то всё ближе подходит,
Сливаясь со мной.
Город-тюрьма, создатель руин,
А пепел души – крах материй
Войны неземной.

Тень на стене, но это обман,
Лишь призрак тепла пролетает
Над каменным льдом.
Холод и лёд. Эти слова
Наполнятся новым теплом
И прольются дождём.

Сначала мы играли просто так,
Но солнце показало белый флаг.
О, ангел мой, зачем была война
В далёком мире сказочного сна?



КРАСНЫЙ ЛИСТ

Красный лист на землю падал,
Быстрый, как стрела,
Каплей крови отливал
И вперивался в грунт.
Красный лист на землю падал,
Падал и стонал,
И вибрировал при свете
Сотен тысяч лун.

Только ты в его паденьи разглядел полёт.
Ты увидел, чем он дышит, что его зовёт!

Чёрная ночь.
Нет ни рук, ни глаз,
Ни теней, ни домов –
Лишь то, что в нас:
Всё то, что внутри умирало
В который раз.

Ты рванулся было вниз,
Но в сердце въелся страх.
Ты хотел разбить окно –
Не поднялась рука.
Красный лист на землю падал,
Превращаясь в прах.
Ты же взглядом провожал
Паденье свысока.

И луна в глаза слепила так, что ты не мог
Отличить окно и стены, пол и потолок!

Зеркало бьётся,
И пыль в глаза.
Чужую бездну
Познать нельзя.
А слёзы катились в ад,
По лицу скользя.



ВОЛЧИЦА

Сгущались сумерки во тьму,
Луна чернее ночи.
«Позволь чуть-чуть побыть с тобой:
Моя печаль так хочет.
К тебе тихонечко прижмусь.
Иль это только снится.
Я одиночества боюсь,
Я здесь, моя волчица.

И будет вечен образ твой
В моих больных глазах.
И жизнь моя умрёт с тобой.
Ты знаешь, странный страх.
Ну, не молчи! Ответь же, эй,
Что это только снится.
Буди, буди меня скорей!
Я здесь, моя волчица!»

Всё падал снег, уж рассвело,
Как будто сеть тумана.
Она в крови, а рядом он –
Два зверя у капкана.
Его клыки сжимали сталь,
И только вьюга злится!
И эхом уносило вдаль:
«Прощай, моя волчица».



ЭТОТ СУМАСШЕДШИЙ МИР

Недвижимые горы, и реки вьются рядом.
Они пронзают всё, объяв собой громады скал.
Ты шёл дорогой к звёздам, окидывая взглядом
Молитвенно-спокойные бескровные места.

Встать на ноги непросто, ведь горы над тобою,
И ты стремишься вверх, откинув злобу и порок.
Но тихий странный голос, возникший за спиною,
Тебя привёл в сомненье, что твой мир лежит у ног.

Ты сразу вспомнил голос тоски и умиленья.
Он пел тебе про то, чтоб ты вернулся и забыл.
Ты знал, что оглянуться – попасться в сети пенья.
Но голос так знаком, что на мгновенье ты застыл:

«Стой, подожди, стой!
Вдруг беда впереди стеной.
Вниз, погляди вниз –
Там же жизнь, твоя жизнь!»

О, этот сумасшедший мир,
Он в сердце навсегда,
Безумный мир, где плач и смех!
В последний миг, когда внизу
Звала на дно тебя вода,
Душа звала тебя наверх.



БАГРОВЫЙ ЗАКАТ

Живущих глаз неясный свет
Окутал луч твоей любви.
Теперь ты слышала ответ –
Он растворяется в крови.
С багровым светом за спиной
Я вспоминал твои слова.
Я вновь один, здесь саван мой.
И, может, ты была права.

Холодный дом, пустынный крик
И взмах слабеющей рукой.
Чужая тень застынет вмиг
И испарится над землёй.
И кто-то кровью на стекле
Напишет «здравствуй» и уйдёт.
Но ты уже не на земле,
Далёк души твоей полёт.

Как в отражении, закат.
Всегда с тобой, навек с тобой.
Который день часы стучат,
Вонзая в мир ответный бой.
И кто-то плачет, сжав в руке
Клочок земли конца пути.
Холодный ветер вдалеке,
Он одинок, как я. Прости.

Лишь пламя костров дрожало во мне.
Я слышал приказ озверевшей судьбе.
Я видел, как смерть приближалась во мгле,
Я слышал шаги.

Багровый закат жестокого дня.
Кричащая злость под шёпот огня.
И гибнущих глаз живая броня
Срывала замки.



ТОСКА

Когда нет никого, лишь вой ветров
Пронзает слух, придя издалека,
Тогда под еле слышный стон веков
Вползает в сердце медленно тоска.
Сквозь семь кругов невидимых страстей
Лежал твой путь, и ты его прошёл.
И вновь один. Один среди людей,
Как на чужой земле, ты жизнь провёл.

Когда к себе лишь ночь тебя зовёт,
Пронзает душу каменная ложь.
Тогда ты понимаешь, что пройдёт
И от чего ты просто не уйдёшь.
Сквозь ночь ты видишь всё, о чём мечтал,
И то, что отрицал наверняка.
Ты принял мир и всё, что смог, узнал.
Но сердце вновь преследует тоска.



АЛАЯ ВОДА

Крест серых дней возвышался над землёй,
Белый туман ослепил дорогу вверх.
Руки вперёд, и шагая, как слепой,
Ты предпочёл выйти вон уже навек.

Рождённый на плахе,
Воспитавший волю в страхе,
Твоя кровь – алая вода.
Странные люди
Бродят здесь, и будь что будет!
Но любовь останется всегда.

Мир над тобой, в облаках твой тихий дом.
Веки сомкнув, ты летаешь над землёй.
Ты слышишь рай, ты окутан вечным сном.
Только теперь ты узнал, что есть покой.

Земная жизнь ушла во мрак,
Хватало слёз, хватало драк
Но эта кровь – алая вода.
Прошелестел последний лист,
Навеки сгинул ветра свист,
Но любовь останется всегда.



ЗАПРЕТНЫЕ ПЛОДЫ

Ты знал сейчас, что слеп Всевышний
И неоправдан жгущий взгляд.
Ревущий хор, и дождь чуть слышен,
И нет пути назад.
Огонь и вой, вокруг смятенье.
И вдруг тебя обнимет страх.
Печаль и горечь наважденья
Застынут на губах.

Лета твои в сознаньи мчатся,
Ты их листаешь, как тетрадь.
Ты помнишь всё: как ты старался
Найти и потерять.
Не помня радости и воли,
Ты помнил боль, тоску и лёд,
И плачущих от этой боли.
Да кто их разберёт!

Как будто сон, кругом руины,
Болезненно знакомый край.
В скале три двери, три картины:
В них ад, чистилище и рай.
И звонкий голос вдруг раздался,
Затмив собой пещерный стон:
«Эй, заходи! Куда собрался?» –
И засмеялся он.

Не ведал славы, не познал позор.
И высший суд выносит приговор:
«Здесь много душ, входи в любую дверь.
Они как ты, ты как они, теперь».

Смеялся рай, смеялся ад и ты.
А солнце жгло запретные плоды.
Их красота манила к бездне лет,
В пропасть веры,
Клеть поражений и побед.



БЕЗДНА

Закатом свет стремится за леса.
Окно лелеет вечера слеза.
Ты будешь здесь справлять свой скорбный век,
Не царь, не тварь, не зверь, не человек.
Отпущен разум птицей без крыла,
Твоей петлёй судьба твоя была.
И только тень деревьев на земле,
И плач домов, и свечи на столе!

Но снег с золой, как зимняя гроза,
Стрелой пронзает мозг и бьёт в глаза.
Увидеть в этом рай ты не умел.
Ты звал любовь, но слышал песни стрел.
Во сне ты видел в зеркале себя,
В нём обвивала голову змея.
Рукой ты гладил солнечный поток,
Но от его лучей дышать не мог.

Десятки этих стрел впивались в грудь,
И ты не мог по-прежнему вздохнуть.
Закат горел, как тысячи костров,
И жалил мозг и тьмы седой покров!
А ты молил ржавеющий металл,
И он исчез, но ты никем не стал.
Ты проклял всё и в бездне утонул,
Где слышен лишь ветров знакомый гул.



ОГОНЬ

Пьяный вечер молчал, ночь так быстро шла –
Вспышкой высекла клин и искрой зажгла
Горсть золотой травы.
Полыхнула стена, отпугнув зверей,
И повисла огнём. Я остался с ней
Ждать роковой игры.

Смысла нет, но свято имя.
Все ушли, и ты за ними.
Нет, и я не буду вспоминать.

Блик костра ослепил, заревом огня
Я объят. Этот мир пожирал меня,
Свет превращая в дым.
Я горел и кричал посреди пустынь,
Зарывался в песок и сливался с ним.
Ночь превращалась в боль.

Едкой гарью ляжет память
Тело рвать и разум ранить.
Нет, и я не буду вспоминать.

В эту ночь кажет лик
Мой герой, чёрный зверь,
Отраженье своё узнавая в огне.
Он силён, дик и смел,
Он один. И теперь
На свободу идет, возрождаясь во мне.



ОДИННАДЦАТЬ ЗНАКОВ

Первый знак, как старая луна,
Точит абрис власти среди стен.
Камера покоя, лик пещер. И тишина
Знак второй им вычертит взамен.
В нём живёт знамение беды,
Тонкий отзвук стонущего льда.
Слёзами пропитан, помесь соли и воды,
Третий знак – и есть сама беда.

Чёрных листов бумаги
Клочья ветер принесёт.
Разум рисует знаки,
Но не спасёт.

Это сон, а может – новый мир.
Вместо света – непроглядный мрак.
Пальцы ищут твердь, но этот коридор-вампир
Воздух превратил в четвёртый знак.
В нём ещё два знака – кровь и боль –
Пятый и шестой, их тень одна.
Это их гибрид, их верный сын и злой король,
Знак седьмой – сражений пелена.

Чувства, желая ранить,
Не оставят и следа.
Верой больная память
Несёт туда.

Клиньями заката озарит
И одарит прошлым знак восьмой.
Вслед за ним девятый, как солома, возгорит
Дымом сна, наполненным тоской.
Засуха, удушье и угар.
Красный глаз десятый знак зовёт.
Белой птицей разум в этот ринется пожар
И последним знаком там замрёт.

Тысячи взмахов крыльями
Не помогут улететь.
Одиннадцать знаков
Тебе открывает смерть.

Небо, твой страж, гладит тебя
Ветром живым, светлой зарёй.
Только это мираж, бездна-змея.
Пепел и дым рядом с тобой.



ВСЁ РАВНО

Скоро ночь, скоро боль,
Блеф зеркал, миф любви.
Не слуга, не король,
И душа вся в крови.

Влез на крышу дома человек.
Он хотел любить, любить навек.

Всё равно. Жаден вдох, и быть беде.
Зол закат, он прячется от глаз.
Всё равно. Эхом разнесёт везде
Вашу веру, что погубит вас.

Вечер тих, вечность – страх,
Не умрёт только ложь.
И мольба на губах.
Никогда не поймёшь.

Слёзы на лице, в глазах – печаль.
Шаг вперёд, и взгляд куда-то вдаль.

Вот и всё. Чёрный ветер принесёт
Крик ворон и вой больных собак.
Вот и всё. Не узнает, не спасёт
Сумасшедший мир, не друг, не враг.

Наплевать! Вы повязаны судьбой,
Ваш удел – творить кресты могил.
Сладок сон, сыта плоть, в душе покой.
Ну а он, он всех за всё простил.



ЯД

Кажущийся бесконечным день
Расплавит в кровь твои ресницы.
Из своих венков сплетёшь ремень,
Да мне на шею, чтоб с травою слиться.

Железная дверь, замок –
Защита от рук и глаз.
Бесцветный порошок,
Окно и снежный вальс.
Зачем
Лететь
Иль светом, или тьмой
К тебе, о ангел мой?

Бежевые травы оплетут
Меня змеёй – тебе так надо.
Скоро свет и солнце принесут
Погибель мне, моя награда.

Пурпурные ночи вспять,
И белый зев зари.
Зачем же умирать,
Разрушив всё внутри.
Зачем
Лететь
Иль камнем, иль стрелой
К тебе, о ангел мой?

Так трудно перестать бояться дней,
От солнца убегая наугад.
Налей бокал, неси к губам и пей –
Там яд.



ОКОВЫ ЛЬДА

Вновь снегом заметает всё кругом,
Дома и заблудившиеся души.
А мы не вместе, ты и я,
И больше нет у нас огня.
Оковы льда не сможем мы разрушить
И не сумеем чувствовать и петь!
Живая клеть.

Калёной сталью резался в висок
Затмивший разум страх легенды этой.
Ты будешь вечно за стеклом,
И задохнётся подо льдом
Цветок весны, любовью не согретый.
А ты не сможешь чувствовать теперь,
Замёрзший зверь.



БЕЗ ТЕБЯ

Ветер по щекам бьёт сталью,
И дорога чёрной нитью
Убегает в никуда.
Время, не моё призванье
Быть таким, как это небо,
И не мне глядеть туда.

Там призраки иль черти пробегут,
Порывом страха к пропасти маня.
Я побреду за ними вслед, ведь тут
Всё так, как будто не было тебя.

Ветер, я пойду с тобою!
Разорви мне в клочья мозг
И здесь развей!
Время, ты залижешь кровью.
Всё, что вылечишь – лечи,
А нет – убей.

Над пропастью, где звери жертву ждут,
Парит мечта безумия моя.
И я помчусь за нею вслед, ведь тут
Всё так, как будто не было тебя.

Ночь придёт без мечты.
Край потерь, там бродишь ты.
Ночь придёт без тебя.
Что теперь. Зачем здесь я.



ОДИНОЧЕСТВО

Жадно гложет, выгрызает меня изнутри
Одиночества пасть.
Всё надменно, и искусственно всё, посмотри:
Здесь так просто упасть.
Я сжигаю своё тело в последнем бою
С языками свечей.
Это пропасть, и я понял, что вновь на краю.
Я прикованный к ней.

Сердце сводит. Мой заброшенный дом, он глядит
С тихим трепетом ввысь.
Ярким светом бьёт в глаза и немного чадит –
Так растёт пламя вниз.
Запах солнца, рай свободы, надежды покой
И любви океан –
Всё исчезнет, лишь свечу поровняет с землёй
Ожиданья капкан.



КОГДА НАСТУПИТ НОЧЬ

Парафина смрад одурманил ум.
Пьяная свирель в танце изошлась.
Кто потушит свет, когда все уйдут,
А потом во тьме мне не даст пропасть?

Кровью напоён, ищет глаз мишень.
Вдоль твоих дорог рой ненужных тел.
В ужасе свою обезглавить тень
И закончить всё кто-то захотел.

Всё выжжено внутри, а за окном метели –
Ты здесь и там.
Последний из людей, вокруг тебя лишь тени –
Всё по углам.
И каплями тоски в тебя вошли рассказы
О счастье и добре. Ты их познал не сразу,
Но, вдруг поняв, рванулся было прочь,
И теперь
Ждёшь, когда наступит ночь.



АНГЕЛ

Последний день настал, и вот
Ты посмотрел назад – идёт
С тобой твоя любовь одна.
Скользнёт осколком вниз она.

Стекло тебя хранит – пора.
В нём только контур твой, игра.
Не отражает тень твою.
И ангел на плече,
Как на краю.