Вечный гений. Глава 2 - Петербург. Начало

(Черновик)

Глава 2 - Петербург. Начало
Столица гения встречала
Суровым, хладным декабрем.
Пылких надежд не оправдала,
Они бледнели с каждым днем.
Он грезил - здесь его заметят,
Здесь в буйстве красок расцветет
Тот дар, в который смело верил,
Им с ветхих полок пыль сметёт.
Но жизнь отнюдь не образец,
В ней воплощенный идеал
Возможно, только лишь глупец
Среди живущих обретал.
А Николай пусть был наивен,
Пусть сердца чаянья хранил,
Но глупым не был, он умен,
Талантлив, искренен и мил.
И все ж, ничуть не подготовлен
К той жизни, что его ждала -
На щи да кашу уходили
Совсем не малые средства.
Он жил, как будто бы в пустыне,
Так вспоминал однажды сам.
Ведь всё, что сердцу было мило,
Теперь уж вовсе не видал.
Душа, что ранее с восторгом
Летела к сцене при свечах,
Ныне совсем не ликовала
В житейских, будничных делах.
Скучал безмерно по театру,
И, лишь представьте, в месте том -
Культурном, красочном, большом,
Театра Гоголь был лишен.
Финансы быстро скудневали,
Хоть мотовством и не страдал.
На службу гения не брали,
Иль слишком мало предлагали,
И Гоголь на судьбу роптал.
Конечно, он желал признанья
И жаждал легкость, благодать,
Но рок капризный его встретив
Не торопился отпускать.
Судьба писателя известна,
Завидной участь не была,
Признаем, впрочем, откровенно -
Он прожил жизнь совсем не зря.
Но полно праздных отступлений,
Вернемся к юному творцу,
Его покинуть не посмеем,
Вступив на дальнюю тропу.
Сейчас наш гений лишь в начале
Того окольного пути,
Кругом него одни печали,
А Николай совсем один.
Нет, близ него людей не мало,
Но сердце с ними в унисон
Не бьется, он играет сольно -
Не понят всеми, угнетен.
Здесь хочется представить сцену -
Мы видим, что кругом туман,
И ворон вьёт круги под небом,
И тучи кроют хмурый град.
Внутри всё смуро и прохладно,
Прохожий, кутаясь, бредёт
По улочкам, по прелым паркам,
И нет надежды, страшный сон...
Быть может, так всё видел Гоголь,
Но город вовсе не сырой.
Его туман - не сеть, не пропасть,
В нем и защита, и покой.
А потому, и неудачи не вечны,
Жизни колея сменилась
Радостным мгновеньем,
И мастер вновь идет навстречу
Безудержному вдохновенью,
Трещит препятствий полоса.
Решился написать в журнале
И, диво! Опубликовали
Его хвалебный, новый стих.
Италия - страна телёнка,
Авзония или Сапог.
Её воспел своей строфою
И публику привел в восторг.
Наш выдающийся писатель
Пьянящим чувством вновь вскружен,
Решается печатать дальше,
Издателю поэму шлет.
Но здесь заметим, что порой
Он привередливо и строго
Свои труды своей рукой
Наказывал, стыдясь немного.
Ганс Кюхельгартен - та поэма,
Совсем признанье не нашла,
И Гоголь в гневе и смущенье
Все экземпляры сжег дотла.
А между тем, стихотворенье
Он ведь инкогнито послал,
Поэму хоть и подписал,
Но имя выдумал иное,
Себя от зорких глаз скрывал.
И все равно, хоть некий Алов
Считался автором тех строк,
Тираж весь Гоголь уничтожил
И в жажде славы занемог.
Сжечь рукопись ему не трудно,
Но в то же время тяжкий крест,
Через себя прожив героя,
Он вынужден его отсечь.
Какая странная забава -
Свой труд стереть с лица земли
Лишь потому, что остальные
Одобрить слово не смогли.
Но что в душе его творилось,
Когда глядел на пепел строк?
Кого он тем казнил сильнее -
Себя, иль то был нам урок?
Не приняли? Гори живее
Вся боль, что рвется из груди,
А наш писатель в это время
Спешит другой тропой пойти.

Решил перо навек забросить,
Актером стать, забыть мечту.
Но он не ведал совершенно
Ни капли про свою судьбу.
Его на сцену брать не стали,
В столице он не подходил
Для труппы модного театра
И вновь в унынии хандрил...
Мысли, как тучи, налегали,
Им места мало, разум слаб.
Тогда казалось Николаю,
Что он уже совсем пропал.
Надежд крушенье не предвидел,
Не понимал он, отчего
Встречает неудачи там,
Где ране был успех и слава,
Где раньше он их не встречал.

И оттого он обессилел,
Что веру и в свою мечту,
И в город, ставший неуютным,
Нещадно бросил в темноту.
Почти два года гений тщетно
Искал свой путь по мостовой.
Наш град, увы, его не принял,
Не ведал, кто же он такой.
Время пройдет, и Петербург
Охотно, радушно, с азартом
Его возьмет в свой дивный круг...
Но это после, а сейчас
Отчаянное дарованье
Спешит в Германию попасть,
Развеять разочарованье,
Души увечья залатать.