Осколки зеркала

Часть первая: Утрата
Артём всегда считал, что его жизнь похожа на аккуратно собранный пазл. Любящая жена Лиза, дочь Саша, собственное дело по ремонту старинных часов. Он верил в справедливость, в закон, в то, что зло рано или поздно наказывается. Но всё рухнуло в один вечер.

Девятого октября, когда Лиза возвращалась с родительского собрания, её сбил внедорожник. Свидетели говорили, что машина специально увеличила скорость. Лиза погибла мгновенно. Водитель, сын влиятельного бизнесмена Кирилл Волков, был пьян. Камеры на перекрёстке «случайно» не работали. Свидетели один за другим меняли показания. Дело закрыли: «неустановленный водитель скрылся с места преступления».

Артём стоял у могилы, держа за руку восьмилетнюю Сашу. Девочка молча смотрела на холмик земли, не плача. Её молчание было страшнее любых слёз.

«Папа, а он правда не наказан?» — спросила она в машине.
«Нет, солнышко», — ответил Артём, и в этот момент внутри него что-то переломилось.

Часть вторая: Зерно
Сначала была просто мысль — навязчивая, как зубная боль. «Он должен ответить». Потом эта мысль пустила корни, разрослась, стала планом.

Артём продал мастерскую, отдал Сашу родителям Лизы. Сказал, что уезжает на заработки. Старики смотрели на него с тревогой: за месяц он постарел на десять лет, глаза стали пустыми, как два высохших озера.

Он арендовал квартиру напротив роскошного особняка Волковых. Купил фотоаппарат с мощным объективом, начал вести дневник. Каждая страница начиналась словами: «Сегодня Кирилл Волков…» И далее: посетил ночной клуб, избил официанта, сбил собаку, купил новую спортивную машину.

Артём изучал его распорядок, слабости, привычки. Кирилл жил так, будто мир принадлежал ему: быстрая езда, драки, женщины, кокаин. Отец, Геннадий Волков, покрывал всё.

Через три месяца наблюдений Артём впервые приблизился к Кириллу в баре. Тот громко хвастался, как «перебежала какая-то дура пешеходная». Его друзья смеялись. Артём сжимал стакан так, что стекло треснуло. Осколки впились в ладонь, кровь смешалась с виски. Боль была приятной. Она напоминала, что он ещё жив.

Часть третья: Тень
План созрел. Не убийство — это было бы слишком милостиво. Артём хотел отнять у Кирилла то, что тот ценил больше всего: ощущение безнаказанности, иллюзию власти.

Он взломал компьютер Волкова-младшего, нашёл фотографии, документы, переписку о взятках, видео с унижениями людей. Но отправить это в полицию было бессмысленно — Волковы купили бы и следствие, и суд.

Тогда Артём стал тенью. Он начал с малого: анонимные письма девушкам Кирилла о его болезнях, намёки партнёрам по бизнесу о ненадёжности Волковых, слив информации конкурентам.

Кирилл впервые получил отказ в клубе — владелец, получивший «досье», вежливо попросил его не беспокоить посетителей. Потом сорвалась сделка отца. Потем в СМИ (через подставных лиц) просочилась информация о ДТП со смертельным исходом.

Кирилл злился, но не паниковал. «Папа всё уладит», — говорил он друзьям.

И тогда Артём перешёл к личному.

Он нанял актрису, похожую на погибшую Лизу. Та «случайно» познакомилась с Кириллом, завела роман, а потом на свидании в полумраке ресторана сказала голосом Лизы: «Ты думал, ты ушёл от ответственности? Я вернулась».

Кирилл впервые за долгое время не спал ночь. Артём наблюдал в бинокль, как тот метался по комнате. Первая трещина.

Часть четвёртая: Отражение
Прошёл год. Артём не узнавал себя в зеркале. Худой, седой, с постоянной нервной дрожью в руках. Он перестал звонить Саше — боялся, что в голосе проскользнёт ненависть, которую он теперь носил в себе, как второе сердце.

Его месть работала. Репутация Кирилла была разрушена, отец начинал сомневаться в сыне, друзья отворачивались. Волков-младший начал пить сильнее, употреблять больше наркотиков, у него начались панические атаки.

Но странное дело: чем больше страдал Кирилл, тем пустее становилось внутри у Артёма. Он ожидал удовлетворения, торжества справедливости. Вместо этого была лишь усталость и гнетущее чувство, что он роет могилу не только Кириллу, но и себе.

Однажды, просматривая видео с камер наблюдения (он установил их уже и в доме Волковых), Артём увидел, как Кирилл, пьяный, плачет в одиночестве. И в этот момент поймал себя на мысли: «Жаль его». И тут же возненавидел себя за эту жалость.

Часть пятая: Расплата
Кульминация наступила на годовщину смерти Лизы. Артём подстроил аварию: не смертельную, но унизительную. Грузовик с надписью «Трупоперевозка» (ещё одна насмешка) слегка задел Lamborghini Кирилла, отправив машину в кювет.

Когда перепуганный, но невредимый Кирилл вылезал из разбитого авто, он увидел на обочине человека в чёрном. Артём снял капюшон.

«Кто ты?» — просипел Кирилл.
«Муж женщины, которую ты убил год назад».
В глазах Кирилла мелькнуло непонимание, потом страх, потом злоба. «Это ты всё устроил? Все эти месяцы?»
«Да. И это только начало».

Но в голосе Артёма не было триумфа. Была лишь бесконечная усталость. Он повернулся и ушёл, оставив Кирилла одного с разбитой машиной и надвигающейся истерикой.

Дома Артём попытался позвонить Саше. Дочь сказала холодно: «Дедушка сказал, ты стал плохим человеком. Я не хочу с тобой разговаривать».

Он положил трубку и впервые за год заплакал. Плакал о Лизе, о потерянной дочери, о себе — том, прежнем, который верил, что боль можно исцелить справедливостью, а не местью.

Часть шестая: Осколки
Финал был негероическим. Кирилл, доведённый до паранойи, на кокаиновой жажде совершил роковую ошибку — избил сына прокурора. На этот раз даже деньги отца не помогли. Кирилла осудили на семь лет.

Артём прочёл новость в интернете, сидя в пустой квартире. Он ждал облегчения. Его не было.

Он посмотрел в зеркало. Перед ним был не мститель, не борец за справедливость. Перед ним был сорокалетний старик с мёртвыми глазами, который потратил два года жизни на разрушение другого человека и в процессе уничтожил себя.

Он потерял дочь, уважение родителей, дело всей жизни. Он не мог вернуться к ремонту часов — руки дрожали. Он не мог смотреть в глаза людям — видел в каждом потенциальную жертву или палача. Он отравил свою душу, и противоядия не было.

В тот вечер Артём пошёл на кладбище. Сел на холодную землю у могилы Лизы.

«Прости», — прошептал он. — «Я думал, что отомщу за тебя. А просто стал таким же монстром, как он».

Ветер шелестел листьями, будто в ответ.

Он пришёл к родителям Лизы. Саша, увидев его, спряталась за дедушку. Артём не стал настаивать. Просто положил на стол конверт с деньгами от продажи мастерской.

«Это для Саши», — сказал он. — «Я… я уезжаю. Надолго».

«Куда?» — спросила тёща, и в её глазах была не злоба, а жалость.
«Не знаю».

Эпилог
Прошло пять лет. Саша, теперь подросток, иногда получает открытки из разных городов. Без обратного адреса. На них — изображения часов: песочных, солнечных, башенных. Ни одного слова.

Она хранит их в коробке под кроватью. Иногда смотрит и пытается вспомнить отца — не того, с пустым взглядом, который пришёл тогда, а того, прежнего, который смеялся и чинил дедушкины куранты.

Артём же до сих пор идёт. Город за городом, работа за работой. Он не заводит друзей, не строит отношений. Иногда, в бессонные ночи, ему кажется, что он видит в толпе Кирилла Волкова — того тоже отпустили досрочно за хорошее поведение. Или это ему просто мерещится.

Он понял самую страшную истину о мести: она не восстанавливает справедливость. Она лишь умножает страдание. Ты отнимаешь у другого всё, но вместо ожидаемого покоя получаешь зеркало, в котором отражается не лицо врага, а своё собственное искажённое ненавистью отражение.

И это отражение будет с тобой всегда. Даже когда ты сломаешь зеркало, осколки останутся внутри — острые, невытаскиваемые, напоминающие с каждым вздохом, что ты сам стал тенью того, кого возненавидел.

А часы идут. Беспристрастно, неумолимо. Как и жизнь, которая продолжается для всех, кроме тех, кто выбрал месть своей единственной правдой.