Воображение возвышает человека. Поэма

„Что нам действительно нужно, так это воображение, но воображение в надежной смирительной рубашке.“ - Ричард Фейнман
„Чего не могу воссоздать, того не понимаю.“ - Ричард Фейнман


Чего не в силах воссоздать,
Того не смыслю до конца.
Печатью хочет обладать
Рука небесного Творца.

Нам нужно пламя, но в узде,
Нужна фантазия в плену,
Чтоб видеть в капле и в звезде
Природы скрытой глубину.

Зажат в рубашку строгих мер,
Мой дух врывается в туман,
Где среди формул и эфем
Танцует дерзкий Ричард Фейнман.

Мир квантов — призрачный чертог,
Его не понял ни один:
Там разум заступил порог,
Но не достиг еще вершин.

Там жизнь в иную плоскость встреч
Уводит тонкую игру,
Где человеческую речь
Сметает вихрем на ветру.

Но кто сумел вообразить —
Тот властен суть вещей объять,
Того не в силах сокрушить
Незнанья темная печать.

Воображенье — вещий дар,
Святой огонь в ночной тени,
Оно смиряет пыл и жар,
Зажженные в былые дни.

Лишь тот, чья мысль, как ясный взор,
Пронзает хаос бытия,
Ведет с богами разговор,
Законы мира затая.

Я то, что мыслью охватил,
Считаю собственностью чувств.
В единстве воли, знаний, сил —
Вершина высших из искусств.

Так разум, правя этот век,
Летит над бездной, как орел.
Всесилен только человек,
Что в образах свой смысл обрел.

---


Я не пойму того, что не представлю,
Что не зажгу в уме живым огнём.
Мир тёмен там, где образ не поставлен,
И глух, где мысль не дышит существом.

Воображенье — не побег от правды,
А ключ к её закрытым этажам.
Оно ведёт сквозь сумрак и преграды
Туда, где смысл является глазам.

Не хаос грёз — но строгая свобода,
Где каждый образ выверен и чист,
Как звёздный путь, где формула и нота
Слились в один мерцающий эскиз.

Лишь тот поймёт устройство мирозданья,
Кто смелый взгляд способен удержать
На зыбком крае тайны и незнанья,
Не требуя немедленно понять.

Мы верим цифрам, символам, словам,
Но без живой картины за чертой
Они — лишь тени, беглые по стенам
Пещеры мысли, бедной и пустой.

И квант, дробясь на волны и на части,
Смеётся над уверенностью схем:
Он есть — пока мы держим образ в власти,
И исчезает, если образ нем.

Воображенье — мост над пустотою
Меж тем, что есть, и тем, что лишь дано.
Оно соединяет нас с сутью
Там, где ума кончается зерно.

С богатством образов крепчает разум,
Он учится не спорить, а смотреть.
И истина тогда встаёт не сразу,
Но остаётся — не боясь сгореть.

Не каждый дар умеет удержать,
Не каждый свет достоин высоты.
Воображенье можно растерять,
Как голос — если предать тишины.

Но тот, кто сохранил его живым,
Кто дал ему и меру, и полёт,
Поймёт: весь мир становится родным,
Когда в уме он заново всё переживёт.

---

Я не пойму того, что не сумел
В уме воздвигнуть ясной, зримой формой.
Где образ не возник — там мысли ил осел
Во тьме догадок, спутанной и скромной.

Воображенье — не пустой полёт,
А строгий свет в оправе размышлений:
Оно ведёт, но в пропасть не толкнёт,
Когда в узде законов и сомнений.

Оно — как ключ к невидимым мирам,
Как мост меж знаком и живым значеньем,
Что позволяет смыслу и вещам
Сойтись в одном прозрачном отраженье.

Без образа — формулы мертвы,
Слова пусты, как высохшие русла.
Лишь там, где мысль рисует сны,
Рождается движение и чувство.

Нам мир дан не как плоский чертёж,
А как узор из тайн и приближений.
Коль не вообразил — то не поймёт
Причин, глубин и скрытых напряжений.

Не потому ли квантовый закон
Так ускользает от ума людского,
Что он — не вещь, не линия, не тон,
А тень игры и выбора слепого?

Там волна — частица, миг — предел,
Там «да» и «нет» сплетаются мгновенно.
Лишь тот, кто образ удержать сумел,
Не рвёт реальность мерой обыкновенной.

Воображенье — дар, но не венец,
Оно — орудье, требующее чести.
В руках слепых — соблазн и лже-отец,
В руках разумных — путь к живой умести.

Кто им владеет — видит наперёд,
Не силой взора, но ясностью виденья.
Так знанье зреет, медленно растёт
Из смелости представить и терпенья.

Я не пойму того, что не создам
Внутри себя — пусть хрупко, но правдиво.
Воображать — то значит понимать,
А понимать — то значит жить глубинно.

---

И в этом свете — тише суета,
Смолкают споры, гаснет раздраженье.
Когда в уме возникла полнота,
Придёт покой, как форма постиженья.

Не надо рвать завесу до конца,
Не всякой тайне нужно оголенье:
Достаточно почувствовать в сердцах
Всю соразмерность миру и сомненью.

Где образ жив — там страх теряет власть,
Там неизвестность больше не угроза.
Она — как недочитанная часть
Прекрасной, стихотворной прозы.

Мы не владыки тайн, но их друзья,
Мы не творцы — но чуткие свидетели.
И истина не в истязании себя,
А тишине, где образ вы заметили.

Когда воображение зрело,
Оно не лжёт и не ведёт к обману:
Оно, как прорастающее семя,
Проходит сквозь, асфальта рану.

И знанье — не трофей и не венец,
Не список формул, выученных строго,
А путь, где каждый образ — как певец,
Поющий смысл у самого порога.

Там разум не спешит поставить точку,
Он знает цену паузе и такту.
И в самой тонкой, хрупкой оболочке
Он различает истину по факту.

Так человек становится собой
Не в крике власти и не в жажде славы,
А в диалоге с глубиной немой,
Где мысль и образ равно величавы.

И если век трещит от суеты,
От шума цифр и мнимого всезнанья,
То образ — тихий якорь высоты
В потоке беспокойного скитанья.

Я не пойму того, что не приму
Как зримый жест в пространстве размышленья.
Воображать — не значит жить во сне,
А значит — бодрствовать у самой грани.

И в этом — смысл, и в этом — высший дар:
Не отрицать, не рушить, не калечить,
А удержать в уме живой кристалл
Меж тайной мира и людскою речью.


24.12.2025