Серафим

Он брёл по полю — трава по плечо,
В цветах растворялся горячий простор.
Он вдыхал аромат, что был сладок и чист,
И лёгкий поток колыхал этот лист.

И вдруг — словно небо шагнуло к земле,
Тёплый поток прикоснулся к спине.
Не ветер — а нечто без имени,
Как облако, полное тихой святыни.

Он поднял глаза — и над синей чертой
Пугало создание своей высотой.
Белее, чем свет, и спокойней, чем сон,
С единым огромным, всевидящим дном.

Шесть крыльев — как вечность, сложённая в круг,
Ни гнева, ни ласки — лишь истина вдруг.
Тот глаз не смотрел — он знал наперёд,
Кого он нашёл, и зачем он живёт.

Человек не дышал — не мог отвести
Взгляд от того, кто пришёл без пути.
Он жаждал уйти, раствориться в луче,
Коснуться рукой — и исчезнуть в добре.

Он рвался к нему, не жалея себя,
Со слезами, надеждой, с мольбой бытия.
«Возьми меня выше, где нет больше зла,
Где боль не приходит и ночь не жива».

Он чувствовал силу, что лечит без слов,
Он чувствовал благо сильнее основ.
Не знал, что за тайна предстала пред ним —
Но знал: он не хочет быть прежним, пустым.

Он больше не жаждал ни страха, ни тьмы,
Не плакать в ночи от немой пустоты.
И понял: средь поля, где дышит земля,
Он чудо нашёл — оно смотрит всегда.