Не твой человек

Не тишина виной, не пустота вокруг —
Вдруг щёлкнет что-то: жест, невнятный звук,
Или твой смех, что мимо пролетел,
Как поезд мимо рельс, где я застыть успел.

Мы рядом? Да. Но в этот миг — обвал:
Ты выбрал путь, где места мне не дал.
Не предал — хуже: пренебрёг тишком,
И я — опять на дне, давлюсь чужим вершком.

Я знаю: все мы с трещиной внутри.
Но есть разломы — целый мир, смотри! —
Где ложь растёт, как чёрный тамариск,
А правда не в цене, лишь тихий блеклый свист.

Моя беда — не в том, что я не свят,
А в том, что жду: а вдруг пройдет обряд
Рождает тень, когда приходит срок проверки:
«А если он давно уже — неверный?
Не спрятана ль за фразой «Я люблю!»
Та пустота… что я в себе ловлю?»

Не страшно пасть. Мне страшно — дна не знать.
Или узнать его. И что душа до дна
Холодным безразличьем пронзена.
Что ты — лишь фон, обёртка, «ну и что-ж...»
И чувствовать опять под сердцем нож

Вот этот миг — как сталь тяжел:
Безвкусица во рту. И вот - укол
Улыбки вроде. Маска на лице.
А стук внутри: «Проснись! Ты вновь в кольце!

Один ты. Даже если вторят "будем вместе".
Ищи опору — но не в них. Исчезнет.
Ищи в себе — но где она? Горит?
Иль тоже тень, которая болит?»

И трепет сопричастности… святая ложь!
Когда ж придёт ко мне? Не знаю. Всё же
Есть проблески: когда не ждёшь, не ищещь,
А действуешь — и в деле нет помех
Когда тебя преследует твой грех

Меж тем, кто я, и тем, что я творю.
Щелчка тут нет. Хотя, а вдруг солгу?
Нет трещины меж телом и душой.
На миг — ты цел. Ты — сам. И ты — живой.

Но знаешь: щелкнет снова. Тишина
Разрубит вновь. И снова глубина
Зовёт: «Ищи! Не отклоняйся! Будь
На страже!» Но… какая в этом суть?

Какая суть в войне с собой самой?
Когда конец? Не знаю. Знаю: вой
Он не услышит, тот, кто рядом шёл.
Он только инструмент во мне нашел.

Лишь я — с собой. До дна. Щелчок. И Вновь.
А целостность? Возможно, это — кровь,
Что бьётся в такт: «Я есть. Пусть так. Пока
Не превратился в бесконечность я».