Художник

Сны… трудно с ними в жизни состязаться, но после их разгадывать чудно.
Приснился как-то странный сон, дурацкий… в котором я рассматриваю дно:
из сизых туч крошится мелкий дождик, он застывает крошками в траве…
Мне кажется, что я сейчас художник, а ветер начинает вдруг реветь,
из-за углов протяжный вой несётся, чуть замолкая, превращаясь в свист.
Но, мглу презрев, проглядывает солнце, окрашивая рыжим жёлтый лист. 
А дождь на грядки сыплется, в репейник, на охристые мрачные кусты,
испытывая всячески терпение, и на заборов почерневший стык:
облезла краска с двух краёв соседних, коричневый уже впитался в плоть.
А бывший жёлтый как-то стал осенним, утратив разом летнее тепло.

Но я шагаю, капли с трав сбивая, ведь во дворе отава проросла.
Да, осенью по-всякому бывает. И не пробьётся только тот, кто слаб.

Вдруг небосвод становится оранжев, и птицы зачирикали вовсю!
Кто скажет, что октябрь — не тот, что раньше? А солнце выявляет странный сюр?
Коза жуёт отаву торопливо, а пёс грызёт обглоданную кость.
Зато так пышно разрослась крапива! Жаль, что забор поехал вкривь и вкось:
качается скрипучая калитка, хотя бездушный ветер приутих.
Вмиг посветлевший день пополз улиткой, внезапно сбился с нужного пути.

Землёй мочёной пахнет — пряно, остро, полынью и ромашковой пыльцой,
и этот дух затягивают ноздри. В листве последней мытое крыльцо.
Ну почему я выхожу без кисти вот это всё, прекрасное, ваять?
И сколько в мире не раскрытых истин? Но где же та, единственно твоя?

Тут почему-то тянет в стойло к сену. Так вот где лета сладкий аромат…
С подойником хозяйка вышла в сени: пошла проведать наши закрома.
Приветствует меня кивком — здорово! На ней опрятный фартук и платок.
По холке гладит… — Ты ж моя корова! Ишь, вымя-то как нынче налито…

3о.11.2о25  о2:о3