Завет

Когда в груди, как в бездне, холодно и пусто,
И мир лежит во зле, и на сердце — груз,
Ты не ищи ответ у ропщущих уст,
Не вопрошай небес — за что распят Иисус.
Ибо Завет — не в громе, Завет — в тиши.
Он — в каждой одинокой, истерзанной душе.
Не убивай. Не предавай. Не лги. Люби и береги.
И Бог — не твой судья, Он — в каждой из слезин.
Любить врага, как брата, — вот высший из путей.
И Бог — не там, на троне — Он рана на ладонях,
Он — Свет в твоей душе, Он — Немой Свидетель в ней.
Когда тебя распнут за тихий, светлый взгляд,
Когда измена душу ржавой болью тронет,
Не поднимай на ближних, на падший свой народ
Клинок «святой» из правды — он солнцу не закон.
Ибо Завет — не в громе, Завет — в тиши.
Он — в каждой одинокой, истерзанной душе.
Не убивай. Не предавай. Не лги. Люби и береги.
И Бог — не твой судья, Он — в каждой из слезин.
Любить врага, как брата, — вот высший из путей.
И Бог — не там, на троне — Он рана на ладонях,
Он — Свет в твоей душе, Он — Немой Свидетель в ней.
И если падший ангел шепнёт: «Весь мир — тюрьма»,
И предложит в гневе и суд, и меч, и пламя,
Ты отойди молчаньем, вглубь себя войдя,
К тому живому Богу, что в самом падшем дремлет.
Ибо Завет — не в громе, Завет — в тиши.
Он — в каждой одинокой, истерзанной душе.
Не убивай. Не предавай. Не лги. Люби и береги.
И Бог — не твой судья, Он — в каждой из слезин.
Любить врага, как брата, — вот высший из путей.
И Бог — не там, на троне — Он рана на ладонях,
Он — Свет в твоей душе…
Он — Немой Свидетель в ней.