Предопределенность

Лаплас считал, что есть закон
и формула — для всей Вселенной,
где люди вроде переменных,
и путь им предопределен. ¹
Так, как, врываясь в тишину,
бегут шары вразбой от кия...
и чью-то жизнь несет стихия —
в путь по зеленому сукну.

И как прикосновение рук
в другой судьбе запечатлится —
на перевернутой странице
в остывшем отпечатке губ.
Там, где гуляли вечера,
все отшумело и распалось...
жизнь только в музыке осталась — 
все унесла с собой игра.

Ночной туман, аэрофлот,
и эта — скорая смерть папы...
Нырок в портал — к ступеням трапа —
судьбы предельный переход.
А там плывет на облаках
закат — с горячими глазами,
с растрепанными волосами,
под перламутром на губах.

Ты, может быть, согнешь в овал
страницу, позабыв про чтение,
и унесешься в измерение,
куда не донесет металл?
А может вспомнишь ты, как — вдруг! —
соединились наши губы,
как два (спасательные) круга?
Другой судьбы прервался круг —
в ней правнуки и праотцы...
Но перламутра отпечаток,
как частный детектив в перчатках,
вконец запутал все концы!
А может, ты не долетишь
в то измерение иное — 
парящее, полуземное —
в дворцах без окон и без крыш?

И в тех пространствах предрешен
любой из дней, и тот — что не́ был,
куда летит, качаясь, небо —
за неизвестный горизонт.
Там ждет красавица меня —
как Шамаханская царица!
Чтоб в языках ее огня
короткой страстью насладиться.

И как в весенней новизне,
расставшись с наносным и старым —
дышать в разгульной тишине
ночами синих тротуаров!
Идти дворами — как в туман,
у самой двери замирая,
и слышать в сердце ураган
и поворот замка — от рая...

За ней! Куда манит луна,
смущая сердце в сладком мраке,
где в дымке темного окна 
изгиб судьбы рисуют знаки...
Вдруг, все исчезнет — как мираж! —
пройдет, лишь рукавом коснется.
И время — неподкупный страж —
к той ночи больше не вернется.

По хрупким солнечным часам,
в любви — за страстью — не успеет,
нагонит ветры к парусам
и синим холодом повеет.
Разрушив веры и мечты,
отменит символы и знаки,
рассыплет новые цветы —
в полях, где увядали маки.

Сон распадался, как цветок
по ветру лепестки теряет — 
кружа последний лепесток,
в весеннем солнце догорает.
Качнулись крылья, как весы,
и вот — колеса самолета
коснулись взлетной полосы...
Ура! Да здравствуют пилоты!

И все как будто бы в тот час
пристали лодками к причалам…
Как будто всё теперь сначала —
как в первый раз!

---
¹ Пьер-Симон де Лаплас — французский математик, один из создателей теории вероятностей. В начале XIX века опубликовал исследование о «науке азартных игр». Ему также принадлежит знаменитое изречение, в сокращенном варианте оно звучит примерно так: «Если бы был всеобъемлющий разум, способный одной формулой объять Вселенную — то будущее и прошлое открылись бы перед его взором»...

Оно быстро разошлось по газетам и журналам, вызывая бурные споры среди современников. С большой вероятностью можно утверждать, что и «пиковая дама» Пушкина, и «фаталист» Лермонтова были задуманы под влиянием идей Лапласа.