Помнишь тишину, в ней цапля кричала

               




  Настало время быть твердым, под угрозой… Чтобы существовать в пору несчастья, необходимо стать каменным, и для этого следует лишь погрузиться в себя. Обоснованы ли претензии автора на глубину? Перед тем как приступить ко второй книге, он все пожрет… тысячу лет. Пардон, это уже из другой оперы… Да существует ли вообще здесь какая-нибудь серьезная проблема? Проникновение повествования в глубину избранной им проблемы. Вот тоже низость - писал бы ведь сейчас у себя дома для своих любимых читателей тексты по "Битве богов и гигантов", а вместо этого гоняюсь весь вечер за шлюхой. Мы не вольны в своих поступках.
  Медики куда-то скрылись (работники средств медиа), и он остался наедине с грузным телом. Он понял в полной тишине, что эта аудиенция вышла из-под власти секунд. Каменная баба лежала неподвижно. Потом фургон отъехал. Пантелей тихо спустился по ступеням подземных арсеналов и поднял фонарь. Тусклый огонь высветил из мрака жлобское волевое лицо с преувеличенными надбровными дугами и верхней губой, с недотянутыми лбом и носиком.
  Глина, гранит… бабы, например… Вот загудело - включился далекий большой зал. Ничего в нем нет особенного, спазматические воспоминания, белиберда с пятаками… Надо завести дистанционное управление, чтобы выключать. Пока что рука естественно тянется к подоконнику.
  - Помнишь тишину, в ней только цапля кричала. "Все забыто. Все забыто. Все забыто. Все забыто.", - нашептывал мне трижды "засвеченный" шпион. - Отчетливо помню, у невинного маринованную воду я пила за пять копеек.
  Если она действительно шпионка, то за все годы нашей связи она не вытянула из меня ничего, кроме того, что женщина обычно вытягивает из мужчины, один лишь секрет.
  И вправду она шпионка по культурным связям, никому не нужный шпион.
  Зазвонил телефон. Конечно, Мишка, кому же еще. Ну чего ему от меня нужно? Скособочило великих граждан.
  Вставь пальцы во влажные складки дважды обнаженных ветром... Премилая получилась форма стопы. Вот это старый добрый шедевр, - подумал он, кося глазом в зеркало. - Банально, но прекрасно!
  Неужели он действительно собирается написать "Цаплю"? Тогда не все еще потеряно!
  В юности она была болотной цаплей, а теперь стала хитрой и гладкой, золотой лисицей… Неужели не все еще потеряно?
  Воткнул - вынул, спортивное дело… А видел ее "ходок" в образе полонянки. Где они собираются? Он никогда не гладил во сне ее бедро.
  Дамы в вагончике ржавой канатной дороги; между прочим, из собственной практики - самые что ни на есть распутные. Пантелей покрывался жарким потом, когда подсчитывал мелочь - оказалось немало.
  - Куда звонишь? - спросила Виолета.
  - В "ящик". Мне не терпится узнать, как действует вычисленное мною. Который час, не скажете?
  - Виктория, - сказала Виолета, - ты должна уважительно относиться к нашим гостям. Постарайся их развлечь.
  На это нечего было возразить. Вика предложила:
  - Выбирай, какой хочешь!
  Вот она, цивилизация! Весело и бодро насвистывая, сокрушительный удачливый мужчина подошел к длинному ряду подмигивающих меняльных аппаратов.
  Мне нравилось менять медь на серебро у нее, а не в автомате ИИ.
  - Скажите, Аристарх, а где сейчас Натали?
  - ?
  - Я имею в виду вашу жену.
  - Она уехала. Мать моих детей сейчас далеко отсюда.
  По-свойски тепло и не сентиментально она придвинулась, и ненавязчиво заглянула мне в глаза; кофточка из магазина "Синтетика" пахла духами "Мадам Роша".


  Ред.: 17 мая 2026 г.

  Литературоведение: самый современный роман Василия Аксенова "Ожог".