Маньяк

                МАНИАК
 Шел дождь. Погода была пасмурной. Хотя не было поздно, тучи накрыли солнце целиком. Свет реклам моргал в холодном воздухе. Улицы города были пустыми, не виделось ни прохожих, ни автомобилей.
 Стюарт перебежал улицу, потом замедлил ход. Капюшон был натянут, лишь глаза сверкали. Карая кожаная куртка была натянута на лиловый спортивный костюм. Он выскочил из- за угла здания, и вдруг остановился. Да впереди была девушка! Она была в короткой красной куртке, зеленой юбке, светлые волосы ниспадали на плечи. Она взглянула на Стюарта. Совсем не испугалась. Улыбнулась, поправила свои кудри. И вдруг Стюарт очнулся. Из рукава куртки он вытащил длинный нож. Но даже сказать ничего не успел. Дева заговорила первой:
- Ты маньяк? Сейчас меня зарежешь? Как прекрасно! Я уже совсем не хочу жить… Меня выгнали из работы… Я работала уборщицей… Но покончить собой у меня нет сил. Как здорово, если ты прихлопнешь меня, красавчик маньяк…
 Нож в руке Стюарта вздрогнул. Другой рукой он хватил девицу за горло. Да девушка не перестала улыбаться. Стюарт отпустил девушку. Девушка моргнула Стюарту глазком, опять поправила волосы. И вдруг нож выпал из руки Стюарта, зазвенел, ударившись о камень. Стюарт пошатнулся. И вдруг Стюарт заплакал. Слезы текли по его куртке, капали на асфальт улицы.
- Прекрасный маньяк, да ты де красивый…
 Вдруг девушка схватила его за плечи, потянула к себе. Их губы соединились в страстном поцелуе… Потом они отошли друг от друга. Девушка опять улыбнулась Стюарту.
- Ну, зайдем ко мне. Кофейку выпьем. Ты ведь замерз в этой холодной улице, омываемой дождем…
Она наклонилась. Подняла нож. Вложила в ладонь Стюарту.
- Возьми. Хорошая штучка. Чтобы резать хлеб и колбасу, открывать пачки кофе…
 Но Стюарт почему- то схватил нож не за рукоять, а за лезвие. Порезал ладонь, кровь капала на асфальт. Девушка опять подняла нож. Вложила в свою сумку. Выхватила платочек. Обвязала ладонь Стюарта. Обняла его за плечи. Повела с собой.
 Чайник вскипел. Девушка всунула в кружки кофе и сахар, на кусочки хлеба нарезала рыбу. Стюарт глядел на нее, да молчал. Девушка налила кофе. Потом ушла на кухню. Стюарт ел медленно.
 Девушка немножко приоткрыла халат. И вдруг Стюарт почуял, что между ног у него начало вырастать, твердеть… Незабываемое чувство. Да девица это заметила. Она бросила халат. Упала на спину, раздвинула ноги, сняла трусы…
 Стюарт вернулся с душа. Медленно стал одеваться. Девушка вновь сделала кофе. Они ели, глядя друг в друга блистающими глазами. Наконец Стюарт начал:
- Я ведь маньяк. Серийный убийца. Я убивал девушек, резал им горла, насиловал их, сунув им в половые органы лезвие ножа… Я ведь импотент. Но с тобой ко мне вернулась мужская сила…
 Да девушка совсем не спешила его упрекать.
- Наверняка не от доброй жизни ты стал маньяком. Тебя наверное кто-то обидел.
 В глазах Стюарта появились слезы.
 - В спортивном клубе меня через задницу изнасиловала свора культуристов. И я стал импотентом… Не мог иметь женщину. Но когда я их насиловал лезвием ножа, у меня вытекало… Я убил многих девушек.
 Они сидели, и молчали. Наконец Стюарт вскочил. Его глаза заблестели:
- Я пойду, и сдамся полиции. Я ведь должен ответить за свои преступления.
 Девушка задрожала.
 - Но ведь тебя ждет электрический стул.
- Может быть, пожизненное заключение. Я ведь честно признаюсь и каюсь. Но ведь я тебя люблю. Желаю, что ты меня хоть немножко уважала.
- Умоляю, не делай этого. Мы начнем новую жизнь. Забудем прошлое. Тыы ведь никого- там не сттанешь убивать. Да никто не узнает...
 Но Стюарт был неумолим.
 - Да нет, я же должен отвечать за убийства. Нельзя вот- так то взять да простить.
 Девушка закрыла дверь. Села на кровать, взялась за голову, и разрыдалась.
 Адвокат улыбнулся девушке.
- Сделаю все, что могу, и даже немножко, чего не могу. Он ведь сирота… У него такой трудное детство… Это смягчит сердца присяжных. Может быть, и пожизненное ему не придется сидеть. Двадцать лет спустя его отпустят.
- Я буду ждать. Если понадобится, даже тридцать лет.
Стюарт прилежно показывал полиции места своих преступлений. И где прятал трупы. Скоро в полицейском морге накопилась куча гнилых женских тел.
 Но новый окружной прокурор Джонсон желал показать себя перед своими избирателями. Но просто пересказал рассказ Стюарта.
Роскошный автомобиль остановился у квартала у моря. Но далеко не ехал. Приоткрылось дверце. Вылезла хорошенькая девушка. Стюарт подбежал к ней.
- Да ты оборванец, куда ты лезешь? Тебе здесь н место!
 Вдруг она ударила Стюарту кулаком в лицо. Стюарт выхватил нож. Девушка попыталась отнять. В школе боевых искусств она выучила самооборону. И вдруг Стюарт взбесился. Так фыркнул ножом по горлу, что кровь хлынула фонтаном. Тогда стал колоть ее живот. Девушка припала на колени, а потом повалилась на спину. Стюарт хватил ее за ноги, и поволок к канализационному отверстию. Втолкнул труп, и наложил крышу.
 Вердикт присяжных был «виновен». И вдруг судья ударил молотком «смертная казнь». Адвокат опустил голову. Ничего не понимая, Стюарт и девушка стояли, словно столбы.
- Губернатор штата отклонил просьбу о помиловании…
 Девушка вырвалась из толпы журналистов, подбежала к Стюарту, обняла его, их губы соединились в страстном поцелуе… Но полицейские потащили Стюарта прочь от девушки…
 Девушка на экране видела, как Стюарт бьется в электрическом стуле в предсмертных конвульсиях. И вот она не выдержала. Порвала веревку карточки у какого- то охранника. Прижала к дверям… Да все глядели на нее молча, да ничего не делали. Девушка подбежала к трупу Стюарта, прижалась, поцеловала его обгоревшие губы, и зажала ему глаза…
 Девушка побледнела, нагнулась. Погадила свое огромное брюхо. Скоро прибежали медики тюрьмы. У тюрьмы, моргая фонарями, остановилась машина скорой помощи. И вот в больнице раздался крик младенца…