Третий

Среди  друзей был с нами третий,
Между Алексеем Бехтеевым и мной,
Мир складывался лихой Троицей,
С Третьяковым совсем не святой.

На даче, где мы зимовали,
Как водилось в те годы на ПМЖ,
Каждый держал у себя, я "безработного"
Алексей  "гнома", а Юрий, коня живого.

Было то в  Сибирской среде,
Старого мерина знали все,
Без седла с детьми на прогонах,
Верховой ездой привлекал он многих.

По снегу в сильные морозы,
Занятие это было детской забавой,
Веселым развлечением рода,
Согревающим коня, быстрым гоном.

Эдик - охотник, давно ставший,
Ранее на зверя промыслом ходил,
Сейчас на коне сбором камеди,
По окресностям сбором хранил.

"Байка"за ним водилась в народе,
В подлоге замечен на промыслах,
Топор по тайге за ним следовал,
Тайной за ним шествовал.

Он сравнялся в доходах с нами,
Глубоким загулом уходил в запой,
Обращался в "сердцах' к жене моей,
"Христом Богом..  дай на пропой".

Мне памятно режется далекое время,
Делами девяностых годов в разломе,
Третьякова Эдуарда сделало Юрием,
Нищим при деньгах, добытых горбом.

21.12.25