Последний побег Сборник запретная зона

Я сижу в одиночке и свой век коротаю.
Когда тундра укрылась в белоснежный наряд.
Привела нас в неволю по этапу кривая.
Лагеря  охраняет спецконвоя отряд.

В эту тёмную ночку я сижу в одиночке.
Я законом осужен  - перед совестью чист.
Предо мной  как икона вся запретная зона
И на вышке маячит с карабином чекист.
Предо мной  как икона вся запретная зона
И на вышке маячит с карабином чекист.

Где-то там на свободе, далеко в Ставрополье,
Захворала старушка поседевшая мать.
Знать, не свидеться больше,
Угасает надежда - сын вернется опять.

А в эту тёмную ночку я сижу в одиночке.
Я сижу в одиночке,  замышляю побег...
Предо мной как икона, вся запретная зона
И на вышке маячит с карабином вохра.

Роковое известье, словно грустная песня,
Долетело так скоро до Норильской земли.
И тогда от досады, безо всякой надежды,
Уходил арестант в свой отчаянный побег.

Ты прости меня мам, за мои прегрешенья
Что по жизни твой сын не путевый такой.
Но сегодня прошел, я сквозь все загражденья
Чтоб вернуться к тебе, поскорее домой.
Но сегодня прошел, я сквозь все загражденья
Что б увидеть тебя мне хотелось живой.

По тундре по бескрайней широкой
Где  кроме снега нет совсем ничего
По тундре белоснежной и вольной
Бежал он на свободу  от погони домой.

И седой капитан, цену зная свободе,
Хорошо понимал всё о выслуге лет:
Не видать звезд погон - ведь на пенсию скоро.
По тревоге поднял автоматчиков взвод.


Надрывалась пурга,  и ревел ветер грозно.
Задыхался конвой, гильзы плавили снег.
По пятам беглеца, настигала погоня,
Лай собак за спиной... и бежать уж сил нет.


Надрывалась пурга,  и трещал холод злобный,
Только тени мелькали, заметал следы снег.
Грянул выстрел глухой, устремил он взгляд к звездам:
-Ты прости дорогая, не успел к тебе мам...

Надрывалась пурга, и ревел ветер злобно,
Повалился зека, устремившись взгляд к звездам,
А в ответ - тишина: не успел к тебе, мать!...

Посвящается моему лучшему другу талантливому автору и исполнителю Виктору Курскому, по мотивам творчества Аркадия Северного.