Последние электрички

Колёса отбивают ритм усталый,
как счётчик Гейгера в зоне тишины.
Последний поезд, растаявший в перроне,
оставит нас с осеннею луной.

Дрожит в кармане мелочь на билеты,
как будто хочет в прошлое вернуть.
Кондуктор спит, и время в стекла бьётся,
разбитое на капли по пути.

А мы – частицы этого распада,
мы – искры на рельсах, что гаснут без следа.
И в каждой станции, пропущенной сознаньем,
есть щель, куда нырнул наш прежний день.

Горит «не курить» ржавым символом веры,
дым времени въелся в потолок.
И кто-то в уголке чертит на стёклах
своё «прости» – и тут же стирает Бог.

Поезд уносит не в географии,
а в толщи лет, что рыхлы, как песок.
И пустота за окнами – не поле,
а продолжение твоих зрачков.

Вот он – последний путь без очереди,
где тени пассажиров на сиденьях
говорят о любви простыми фразами,
как будто завтра не настанет день.

И лишь в тоннеле, в краткой вспышке мрака,
узнаешь собственный профиль на стекле –
стёртый, почти уже нечеловечий,
как письмо, что не дописал о зиме.

Остановка. И свет неумолимый
врывается, смывая лица в ночь.
А мы всё едем – в соль, в распад, в эфиры,
где последняя электричка – точка,
что не поставить, даже если хочешь.