Rondovia

                Вероника         
               
               
                I
О, как нежна ты в час, когда мой дом закрыт,
И я себя терзаю от бессилья,
Но лёд в твоей душе, когда горит
Во мне огонь любви, расправив крылья.
Я не приемлю ни печали, ни удач,
Пока в моих глазах не отразишься.
Хоть сотни лет свои желанья прячь –
Растаешь, но ни в чём не обвинишься.
Живём во лжи, в искусственной среде,
Ни врозь ни вместе не умеем находиться,
Я – словно против ветра по воде,
И к берегам, желанным с детства, не прибиться.
День без тебя – друзья и алкоголь,
А целый век – обыденная боль.
Любить тебя – пожизненная роль.

                II
Без трепета твой голос до конца
Дослушать невозможно. Слух виновен
В поимке лишнего. Движений черт лица
Достигла ночью память. Час неровен,
И для меня искусственность преград
Разрушится, оставив лишь пространство
Без городов, людей. И снова шаг назад –
Как следствие души непостоянства.
Однажды, всё забудется; скорей
Всего заслон границ, как нить разлуки
Сыграет роль. Опять – ни кораблей,
Ни слёз на простыне, последствий муки.
Твой голос,  как прививка для души.
Если он власть, то подчиниться разреши.
Терзай, перо, стих о любви моей пиши.

                III
Я буду о тебе писать всегда
И дни, и ночи, почерк развивая.
Вокруг меня всю жизнь твоя среда,
Как мысль художника, в отсутствии живая.
Ты столько строк увидишь; пусть порой
В них кроется не жизнь – вопросы, вечно
Волнующие. Первый ли, второй –
Мне всё равно, покуда время скоротечно,
Успеть бы объясниться в двух словах.
И завтра всё пойдёт, как по сюжету.
Ты знаешь, сила книг в ненужных швах,
Так много общего – сцепив, несёт по свету.
Моя свобода в нежности к твоим
Поступкам. Счастье велено двоим.
Мне сон не даст окончить... Бог же с ним.

                IV
Когда глаза твои укор в себе таят,
Они влюблённей кажутся, свободней,
Как будто сентябри не разлучат,
И нет в помине электрички межгородней...
Останусь я, вернёшься ты, всё несмотря
На обстановку, мои принципы и цели
(Боюсь соврать, сквозь годы говоря),
Если свой возраст не прожгу в пустой постели,
На стуле с брюками, столе, чей лик графин
Короновал. Пустая обстановка.
Не будет слышно ни соседей, ни машин,
Растает надобность к уборной красться робко.
Когда глаза твои таят в себе укор,
Я не способен вычесть с жизни разговор,
Пусть не привёл нас ни к чему он до сих пор...

                V
Через одну секунду будет встреча,
В душе я обниму тебя за плечи,
В реальной жизни лишь «привет», и снова
За этим не последует ни слова.
Ты знаешь – от тебя приму все муки,
Когда отбросишь с атмосферы мои руки,
Заставишь в пол смотреть, не улыбаться,
Гореть и мёрзнуть, и всю жизнь с тобой прощаться.
Через одну секунду перестану
Дрожать в бессилии, и с трепетом воспряну.
Прошла минута. Мало изменилось.
И ты средь сотен, среди тысяч скрылась.
Одно мгновение – восторг теплом расколот,
И всё насущное карает этот молот.
Я слишком влюбчив, потому, что молод.

                VI
Когда, прощаясь, мы оглянемся назад,
Минувшее по-новому рассудится, –
Я окажусь ни в чём не виноват,
И то, что было этим вечером, забудется.
Что делалось из крови и потерь,
Накроется дождём июльским утром,
Не пригодится замкнутая дверь
Жестокой ночи, скрытой перламутром.
Любовь не победит, но, с точки зренья
Минувшего – нам выгодный расклад
Достался в будущее. Брось свои сомненья.
От той лишь мысли, что смирилась ты – я рад.
Возможно, не бывать мне в столь желанном
Чужом отечестве, но если в постоянном
Жить одиночестве – сольётся жизнь с романом.

                VII
Я помню день единственный в истории,
Когда сошлись у нас пути, и до того,
Что вёз автобус нас к единой территории –
До города, где ты ждала его,
А я был с ней. Я в отраженье встретил
Ответный взгляд твой. Как же я любил...
И солнца луч в плече твоём приметил
Свою опору, руку положил,
И осветилось всё, в чём есть способность
Сражаться с темнотой. Тогда, наверно,
Мы были ближе, чем друг к другу прикасаясь.
Прошло лет сто, иль год тому примерно...
Как будто время мчит, гармони подобаясь.
Уедешь завтра – послезавтра, или
Через неделю, всё равно не в силе
Те мысли, что порой меж нами были.

                VIII
Любовь поэта примечательна страстями,
Разлуками, и прочей чушью. Сами
Стихи, как говорится, не напишутся,
Любое чувство лишь пером по строкам движется.
Однажды это станет нечитаемо,
Лишь современником несчастным узнаваемо,
Всё зря, всё зря. Наверное, всё зря.
Не проще ль было, ничего не говоря,
Шагать отсюда, не знакомясь, не сойдясь,
Чтоб никогда причина Музе не нашлась
Дарить бессонницу, и связанное с нею.
Как жаль, что рифмовать слова умею.
Не больше сказано, но меньше объяснений,
С другими темами под час переплетений
Не размотать. Но ты достойна сих творений.

                IX
Спокойной ночи, если ночь пришла в твои владения.
Ты не пришла. На беспокойное творение
Торжественная музыка ложится.
Не знается, не слышится, не спится.
Спокойной ночи. В этой нежности невзгоды
Подвинутся до будущей субботы,
Умрёт закат над северной Европой,
Сгорит бумага, растворившаяся пробой
Пера. Всё завтра, завтра, ждать осталось
Ещё немного, если в честности собралось
Немного правды. Разворачивая свет
Не утомительно ответом на ответ
Сказать: "Давно. На самом деле, очень.
Я бы молчал, но жизнь молчания короче.
Нет места для обид. Люблю. Спокойной ночи".
 
                X
Мы друг для друга созданы, но мы
Спокойно выживаем друг без друга,
И, утверждая это в царстве полутьмы,
Едва не вздрагиваю каждый раз с испуга,
Лишь снова кто-то в дверь твою стучится,
Наверно, это невсерьёз, всё показалось,
Вообще, другим в подметки не годится
Ход мыслей, в коем дверь с петель сорвалась,
Объединяя наши скромные вселенные,
Ведь и тебе стабильность только снится,
Как мои строки с первых букв нетленные,
В которых ничего не сообщится, –
«Люблю», и нет красивее в них слова.
От одиночества к такому не готова
Моя душа. В огне сгорит всё снова.

                XI
Всё о тебе, единственной, все строки,
Все тяжести к рукам твоим дороги,
Сомненья, гордость, робкий шелест дневников,
Моё молчанье, и поток слезливых слов.
Всё о тебе. А если мысль моя шальная
Соскочит с темы, – не моя судьба, иная
Желает продолжать страдать без повода.
Когда вернёшься ты с другого города,
Опять чернила распластаются, рифмуясь,
Я побегу к тебе, сгорая и волнуясь,
Как в первый раз, как в завершенье этой сказки.
Любить нельзя, бродя меж комнат без опаски,
Теряясь, совершенствуясь иначе.
Тебя воспеть – фундамент заданной задачи,
И не умрут стихи, любовь моя тем паче.

                XII
В твоих очах закончилась весна,
Ещё силён источник зимней стужи,
Растает после нерушимая стена,
Она страшна, но важно, что снаружи
Нет ни преград, ни зяби до костей,
И только взгляд, таящий очертанья
Который раз замёрзших тополей,
А не цветов зимой под тенью зданья.
Мне не привычен холод под пятой,
Обыкновенный......................
..................................
..................................
..................................
..................................
..................................

                XIII
И если б я так на тебя влиял,
Как повлияла ты на мою сущность,
Значит, не зря вообще существовал.
Пока судьба заточена в окружность,
С ней можно справиться, иль снова в руки ей
Отдаться, потерявши идентичность.
И я стою на перепутье. Всей
Душой свободен, но не так гласит публичность.
Всё исправимо... Нет, не всё. Но ты
Умеешь совмещать непостоянство
И тихий быт. Какие бы черты
Не слились воедино – то пространство,
Нас разделяющее, дышит глубиной.
И Феб украдкою рыдает надо мной.
Жаль, я лишь звук, обласканный струной...