Одиссея 23-2 Одиссей и Телемах

С сочувствием отнёсшись к Телемаху,
Стал Одиссей расспрашивать юнца
О женихах разбойного замаха,
И о народе – помнят ли отца?

Не лучше ль быть убитым в своём доме,
Пытаясь буйных женихов изгнать,
Чем оскорбления сносить, и кроме
Грабителей, иных людей не знать?

Таким вопросом путник задаётся.
Ответ же Телемаха был таков,
Что трудно одному ему бороться
С толпой нетрезвых буйных женихов,

Которые ему готовят сети,
Поймать хотят, и, наконец, убить.
Настолько вероятны козни эти,
Что матери не смеет сообщить

Он о своём приходе громогласно,
И он пошлёт через Эвмея весть,
Чтоб Пенелопе он в беседе частной
Сказал, что сын в Итаке, снова здесь.

А известить Лаэрта Пенелопа,
Должна сама, что прибыл его внук,
Она направит из рабынь кого-то –
Из самых верных, преданных подруг.

Эвмей ушёл исполнить порученье
В Итаку, делать тайные дела.
Невидимой для Телемаха тенью
Во двор Афина Одиссея позвала,

Вернула прежний образ, лишь рубахи
Коснувшись жезлом божеским своим,
И повелев открыться Телемаху,
Исчезла, растворившись, словно дым.