Холод в груди 24 7

Снова крошит на кафель остатки вчерашнего дня.
Город глотает меня, даже не жуя.
Я купил этот холод по скидке в ночной аптеке,
Теперь он живет у меня под веками.
В комнате плюс пятнадцать, но внутри — абсолютный ноль.
Я выключил чувства, чтобы не чувствовать боль.
Стены давят, как будто они из свинца,
Я не помню финала, я не помню лица.


И если ты спросишь, как я вообще живу,
Я отвечу — никак. Я просто иду ко дну.
В моих венах не кровь, а замерзшая ртуть,
И мне страшно, что я не смогу повернуть.

Припев
Это холод в груди двадцать четыре на семь,
Я стал прозрачным, я стал никем для всех.
Ледяной этанол обжигает гортань,
Между мной и реальностью тонкая грань.
Холод в груди, я в нем растворен,
Среди серых витрин и бетонных корон.
Двадцать четыре на семь...
(Слышишь? Я пуст совсем.)


В плеере петля — один и тот же минорный мотив.
Я слишком устал быть вечно «на позитиве».
Твое «как дела?» бьется об иней на коже,
Мы так одинаковы и так ни на что не похожи.
Рассвет за окном похож на синяк под глазом,
Мир задыхается в смоге и в дешевых фразах.
Я грею руки о чашку остывшего кофе,
Мой личный ад — это мой же профиль.

Припев
Это холод в груди двадцать четыре на семь,
Я стал прозрачным, я стал никем для всех.
Ледяной этанол обжигает гортань,
Между мной и реальностью тонкая грань.
Холод в груди, я в нем растворен,
Среди серых витрин и бетонных корон.
Двадцать четыре на семь...


Разбей это зеркало! Вырви этот лед!
Но он пророс внутри, он меня не убьет.
Он делает меня сильнее? Нет, он делает меня тише.
Я кричу в пустоту, но сам себя не слышу!
Двадцать четыре!
На семь!
Я!
Пуст!


Холод...
Двадцать четыре на семь.
Спи спокойно.
Я больше ничего не чувствую.