Цена
он глаголом крутил словно бог,
звонкою речью на звонкие слоги,
слова умело вложил, он так мог.
Куда б не ездил, какою дорогой,
его слов арсенал пополнялся всегда,
новая книга сокровищу ценность,
так отрадой в душе звенела весна.
Он был известен в кругах широких,
за речь его щедро платили ему,
он продвигал чужих идей интересы,
не бедно он жил и следовал уму.
К нему с уважением льстили умело,
держа в голове завистливый гнев,
и это оратор с лица считывал точно,
но держал марку, лица не стерев.
Многих он знал и многие знали его,
партнёры, друзья, враги и завистники,
и каждый, кто мог, желал много всего,
но и он был в словах с осторожностью.
И каким осторожным он не бывал,
за его взгляды приговор ожидал,
и на собрание, кто ему смерти желал,
ему подарок последний прислал.
И начал оратор жечь глаголом и словом,
и подойдя к высшей точке рассказа,
со свистом пронзила в сердце коварно,
оратора, чтоб тот чужих идеи не толкал.
Мир ужаснулся, все ужаснулись,
но период скорби не долог был,
подан пример, теми кто у власти,
тем, что оратор, свою цену заплатил.
Свидетельство о публикации №125121803907